- А теперь ответить на вопрос: зачем тебе все это понадобилось?
Глава 32
Подбородок Алины задрожал, глаза стали влажными. Она пыталась что-то сказать, но не смогла вымолвить ни слова.
Хотя в словах уже и не было никакой нужды - Матвею достаточно было ее испуганного взгляда, чтобы понять ответ на свой главный вопрос.
- Это мои дочки? - спросил он пугающим тоном.
- Твои, - спустя пару секунд ответила Алина и в этот момент внутри Матвея рванула бомба.
Жар обжигал лицо, тело разрывало на части.
- И ты все это время молчала? - прокричал он так громко, что на них обернулись люди. - Пять лет! Пять, черт возьми, лет, ты скрывала, что у МЕНЯ. ЕСТЬ. ДЕТИ?!
- Ты ясно дал мне понять, что тебе не нужна семья! - со слезами крикнула Алина. - Рестораны, девушки, деньги, ВОТ, что у тебя стояло на первом месте! ВОТ, на что ты променял меня, Матвей!
Поджав губы, она стукнула кулаком в его грудь и болезненно скривила лицо."
"- Да ты… Да ты хоть представляешь, что я чувствовала, когда любимый мужчина заявил мне, что дальше нам не по пути? Хотя нет, даже не так, - нервно усмехнулась Алина, - он любезно посоветовал мне подыскивать другого мужа и рожать с ним детей! И что я после этого должна была сделать? - прищурилась она.
- Прийти к нему с двойней под сердцем и получить еще один удар, когда он отправил бы меня на аборт?
- Да с чего ты взяла, что я отправил бы тебя на аборт? - побагровел от злости Матвей.
- Я что, по-твоему, детоубийца? - брезгливо выплюнул он. - Безжалостное чудовище, которое способно избавиться от собственных детей?
Алина вытерла рукавом мокрое лицо и смело посмотрела в его пылающие глаза.
- Спустя два года отношений ты отправил меня выходить замуж за кого-нибудь другого. Ты избавился от меня как от ненужного хлама, и с такой же легкостью отправил бы избавляться от ненужных детей…
Матвей смотрел в глаза Алины, наполненные слезами и горечью.
Он помнил все те слова, которые говорил ей тогда в Подольском ресторане, помнил, в каком состоянии она ушла оттуда и как после этого исчезла из его жизни.
Сейчас он отчетливо понимал: ее исчезновение не было приступом гордости, это вовсе не так. Обида и боль от слов, которыми он швырнул ей в лицо были настолько сильными, что она вычеркнула его не только из своей жизни, но и из жизни их дочерей.
