Наш эксперт по звуку возьмет сейчас образец вашего голоса и вмиг докажет, что именно вы звонили Ларисе и оставляли ей сообщения. Верно, Леонид?
– Как пальцами щелкнуть, – кивнул Леня. – Вы полагали, что прибор, купленный на Горбушке, изменил ваш голос до неузнаваемости? Ну да, для розыгрыша подружек он сойдет, но для серьезной работы нет. Довольно легко все вернуть на свои места. Кстати, вы позвонили один раз в момент выноса блюда «чупака-тарапака», что доказывает присутствие фигурантки в кафе и…
– Не стоит долго говорить, – остановил эксперта Макс.
– Яна, поймите, вы совсем не умелый преступник. И то, что послали за выкупом Надежду Михайловну, вас не спасет. Вы поможете себе, если скажете, где Валентина.
– Выкуп? – эхом повторила Зотова. – Господи, Яна, что ты натворила?
– Комарова похитила старшую дочь Николая Георгиевича, а затем потребовала у ее отца миллион, – ответила я. – Сама Яна побоялась отправиться за сумкой, попросила вас ее привезти.
Детский сад, да и только!
Яна по-прежнему молчала.
– Мы понимаем, что ты замыслила отомстить Ларисе за смерть своей матери, – сказал Макс. – Юрий позвонил вам с братом и рассказал о роли Весениной в этой истории. Ты полагаешь, что Лара отравила свою попутчицу. А преступнице повезло – автобус взорвался, следователи решили, что Петрова погибла при взрыве. Но вы знали от Приходько: вашу маму убила Лариса Весенина.
– Боже мой… – прошептала Надежда Михайловна. – Дайте воды, голова кружится.
Я потянулась за бутылкой, а Макс продолжил:"
"– У нас к тебе много вопросов. Но главный из них один: где Валя? Куда ты ее отвезла?
Яна не переменила позы. Кажется, она даже моргать перестала.
– Валентина диабетик, ей необходимо ежедневно принимать лекарство, – вклинилась я в беседу. – У нее может случиться кома, она умрет, если не оказать ей вовремя помощь. Тебя будут судить за убийство.
Комарова даже не пошевелилась.
– Господи, господи… – бубнила Зотова.
– Что с людьми стало? Яна, немедленно отвечай! Как тебе в голову подобное пришло?
– Девочка, – почти ласково перебил Надю Макс, – звонки Ларисе можно расценить как хулиганство, мы забудем о них. Но на смерть человека нельзя закрыть глаза. Пойми, тебе придется всю жизнь носить клеймо убийцы.
– Лариса не угощала твою мать кофе с ядом! – воскликнула я. – Она разговорилась с ней и поняла, что не станет предлагать ей напиток.
