Но там с ними не церемонились. Во-первых, зная о том, что было в Ростове-на-Дону, перекрыли движение на ближайших улицах и осматривали машины, которые стремились проехать к зданию суда. Сразу было задержано несколько автомобилей с теми же камнями и «коктейлями Молотова» в багажниках. А поскольку разрешения на митинг и даже на пикетирование не было получено, местные милиционеры быстро навели порядок, без шума отодвинув в сторону наиболее яростных организаторов беспорядков, и, загрузив их в свои машины, отвезли за пределы города.
Там их просто высадили, предоставив возможность каким угодно путем добираться до Москвы.
Так порядок за стенами здания суда был установлен. А в суде все проходило точно по тому же самому сценарию, что и в Ростове-на-Дону. У обвинения изначально не было никаких шансов на успех, поскольку не было ни одного нового факта. А группы спецназа ГРУ, работавшие в Чечне, добыли новые факты и предоставили их присяжным заседателям.
Дело закончилось повторной победой, опять не удовлетворившей обвинение, но сами обвиняемые были во второй раз освобождены из‑под стражи в зале суда.
Все понимали, что на этом процесс противостояния с прокуратурой не закончится. Даже сам государственный обвинитель заявил об этом. Скоро стало известно, что прокуратуре удалось добиться решения о новом рассмотрении дела – уже коллегией военного трибунала, а не присяжными заседателями. Судя по тому, как легко это решение было пробито в инстанциях, кто‑то сильно заинтересованный и властный помогал обвинению.
И сомнений не было, что весь процесс направлен не против самих обвиняемых, а конкретно против спецназа ГРУ или даже всего ГРУ в целом. И давление, видимо, оказывалось на многие инстанции. По крайней мере, даже в самом Министерстве обороны и в Генеральном штабе резко сменили мнение о существе дела. Но если дело направлено против ГРУ, то ГРУ обязано было защитить своих бойцов, чтобы в итоге защитить себя.
И снова была проведена большая оперативная работа с привлечением многих современных спецсредств контроля. Поскольку официального запрета высказано не было, было задействовано даже управление космической разведки, не говоря уже о сборе сведений всеми возможными способами в самой Чечне и в Москве. И появился результат, который можно было бы использовать."
"Следствие надеялось на лояльность военного трибунала.
