– Спецназовцы не могут смену определить?
– Трудно. Смена днем происходит. Одни меняются, другие наблюдают. Нет, не должны ничего заметить. Да и не будут они там днем появляться.
Больше нам, кажется, и говорить было не о чем. Я время от времени прикрывал глаза, потому что веки были все же тяжелыми, несмотря на умывание холодной водой. Да и укачивало в машине. Тем не менее, уловил момент, когда майор посмотрел на часы, остановился и открыл дверцу.
– Мне позвонить нужно. Посидите пока…
Он вышел из машины, чтобы не разговаривать при мне, и трижды прошел мимо нее по дороге, держа мобильник около уха.
Потом, сам, кажется, того не замечая, пересек газон и вышел на тротуар. Свет из окон дома слабо освещал лицо Вахи, но мне показалось, что он улыбается. Потом майор вытащил второй мобильник, не прекращая разговора по первому, стал нажимать кнопки на втором. Но, к моему удивлению, осмотревшись по сторонам, выбросил второй телефон в урну. Ему не видно было меня за стеклом машины, потому что я находился почти в полной темноте, хотя даже от меня майор пытался скрыть свои действия корпусом.
Странные манипуляции Руманова не только вызвали у меня настороженность, но и заставили задуматься, хотя к какому‑то определенному выводу прийти я не мог. Хотелось задать майору вопрос, но я сам не понимаю, что заставило меня закрыть глаза при приближении хозяина машины и прикинуться дремлющим.
– Артур Юрьевич, едем дальше… – с легкой насмешкой сказал майор.
– Значит, едем… – Я посмотрел на него и снова закрыл глаза, потому что что‑то во взгляде Вахи мне не понравилось.
Он смотрел так, словно ждал вопроса. А вопрос мог быть только один: с какой целью выбрасываются в урну мобильники…
КАПИТАН БЕКЛЕМИШЕВНесмотря на то, что старший лейтенант Корчагин отключил свой мобильник, тот продолжал высвечиваться на мониторе ноутбука старшего прапорщика Хоста, и мы из своего гаража могли свободно отслеживать его передвижения. Вадим двинулся по большому кругу, чтобы миновать наблюдателей, выставленных в ключевых точках.
Двух наблюдателей никак нельзя было ему обойти, и потому, чтобы создать себе «коридор» для продвижения, с ними следовало поступить жестко в пределах разумного. Замедление движения старшего лейтенанта как раз и означало приближение к первому наблюдателю, тоже обозначенному на мониторе светящейся точкой. В какой‑то момент точки слились в одну, но ненадолго. Веревку Вадим взял с собой и скотч, чтобы заклеить рот, тоже не забыл.
