Смотрела на Абрамова, с заинтересованным видом смотрящего на Леру, когда та говорила, или бросающего на нее мимолетные взгляды, пока они смотрели фильм в домашнем кинотеатре после завтрака, уложив Надю спать, и чувствовала маленькие вспышки обиды внутри себя. Ревность. Она ревновала человека, которого терпеть не могла, которого практически ненавидела, и понимала, что на самом деле все это забывается из-за глупого влечения.
Лиза ведь и раньше замечала его привлекательность. Наслаждалась шлейфом аромата его кожи и крема для бритья вперемешку с ненавязчивым парфюмом, который оставался на кухне каждое утро после его ухода на работу.
Ловила себя на том, что смотрит на его руки, линию идеального квадратного подбородка, местечко на шее, в которое хотелось впиться зубами. И игнорировала. Говорила себе, что это просто любопытство, что воспринимает его не иначе, чем какого-либо красавчика, на которого могла засмотреться на улице.
Глупая!
Нет, Лиза не влюбилась в него, как в Ярика, но все эти начальные признаки зародившегося влечения посылали озноб по ее коже.
Лиза не хотела думать о нем. Не хотела, чтобы ее тело реагировало на него таким образом. Это же был Абрамов! Человек, который не считал ее за женщину, который оскорблял ее, чуть ли не прямо заявляя, что она уродина. И начать чувствовать что-то по отношению к нему? Самоубийство, не иначе. Тем не менее, доводы рассудка не помогали с ревностью, охватывающей ее из-за его явного интереса к Лере.
Лере, которая была красавицей с модельной внешностью.
Лере, которая всегда выглядела изящно и воздушно, словно не земная женщина, а какая-то фея без единого недостатка. Она даже смеялась переливчатой красивой мелодией и чихала тихо, словно мышка. Ну, просто идеал!
- Я тоже прилягу, пока Надя спит, - не выдержав собственного напряжения, сказала Лиза, вставая с удобного кресла.
Ее будто и не заметили, продолжая смотреть этот дурацкий фильм, так что девушка просто вышла, направляясь в спальню. Надя спала в своей любимой позе - раскинувшись на кровати, как морская звезда, с такими очаровательно выпяченными губками, что Лиза не удержалась и слегка чмокнула ее, прежде, чем уйти в ванную.
Она умылась холодной водой в попытке остудить свою, горящую от чувств, грудную клетку, и, распустив волосы, аккуратно легла рядом с малышкой, успокаивая себя видом умиротворенно спящего ангелочка.
«Это все ради Нади», - напоминала себе девушка снова и снова. Она не могла бежать от Вячеслава, не сбежав от Нади.
