Он вытащил из дорожной сумки кусок колбасы, отрезал сначала небольшой кусочек и бросил собаке. Та проглотила, не жуя, не почувствовав вкуса. Видимо, давно бедной животине ничего не перепадало. И опять смотрела теми же разнесчастными глазами на лейтенанта, вселившего в нее своим поступком надежду на возможное спасение. Он бросил кусочек побольше, потом другой и третий. И таким образом скормил собаке всю колбасу. Собака и отвлекла внимание лейтенанта настолько, что он не обратил внимания на машину, остановившуюся около входа в Сбербанк, и на людей, торопливо вошедших в тяжелые металлические двери.
Но выстрелы лейтенант легко отличал от любых других резких звуков и даже от стрельбы выхлопных труб проезжающих мимо автомобилей, которые невоенный человек вполне может принять за выстрелы. Стреляли явно в помещении. И лейтенант, даже имея небогатый боевый опыт, сразу понял, где стреляют...
Там, в Сбербанке, за закрывшимися уже дверями находилась в это время его жена. Мысль, конечно, была одна – спасти ее.
Но лейтенант не был настолько безрассуден, чтобы сразу броситься ей на помощь, понимая, к чему может привести лобовая попытка. Он был без оружия. И догадался без труда, что сейчас, начав колотить в дверь, он ничего не добьется. Но в голове сразу проскользнуло несколько вариантов. Наиболее приемлемым показался тот, при котором грабители покидают банк, садятся в машину, и в это время он таранит их своим автомобилем. Лейтенант даже сцепление отжал, чтобы повернуть ключ зажигания, но в это время с включенными сиренами подъехали с двух противоположных сторон сразу два милицейских автомобиля.
В банке разбили стекло и дважды выстрелили из пистолета, потом из-за металлической решетки раздалась автоматная очередь. Короткая, профессиональная. Но и пистолетные выстрелы, и автоматная очередь были торопливыми – скорее пугающими. Стреляли явно не на поражение. Но менты среагировали правильно и попрятались за машины, выставив поверх капотов подготовленное оружие, но сами в ответ не стреляли, боясь попасть в тех, кто оказался у налетчиков в заложниках.
Стоящие рядом с банком машины торопливо отъезжали. Осталась только одна, очевидно, та самая, на которой бандиты подъехали. И через дорогу другая, из которой наблюдал происходящее лейтенант Велесов. Впрочем, его машина была вне поля зрения, открывающегося из окон, и потому он не боялся шальных пуль."
"Улица стала «голосистой». Еще сразу четыре милицейские машины оказались рядом, три из них – омоновские.
