Нет, не растерянность, а возмущение. Лучшая защита – нападение...
В дверь кабинета постучали, и, не дождавшись приглашения, вошел бледный Руслан. Хозяин не смог сдержать вздох облегчения.
– Ты заблудился?
Алиахмет Нурович тут же заметил, что у Руслана неладно с рукой. Видимо, там, в кабинете, была основательная переделка. Может, не смогли с охраной справиться? Может, подполковник взбрыкнул? И почему Руслан вернулся один? Он всегда с таких дел возвращается вместе со всеми...
Если есть, с кем возвращаться, подсказал какой-то внутренний голос.
Но Руслан вернулся, и это уже хорошо. И стало стыдно за свои недавние мысли о том, чтобы подставить помощника. Руслан верный и надежный. Он всегда был таким, таким и останется... Это в крови у таких людей, как он. Он-то никогда не сдаст хозяина...
Но показывать Руслану свои мысли – это опасно. Может на шею сесть. Может даже больше – подумать о себе, что он достоин большего, нежели пребывание всегда на вторых ролях. И тогда жди того самого случая, о котором недавно думал.
Руслан молчал, словно дыхание переводил. Освещение в кабинете было хорошее, и Алиахмет Нурович увидел на горле своего помощника кровоподтек. Кто-то, видимо, приложился к волосатому горлу Руслана. Обычно такое бывает, когда бьют в челюсть, и промахиваются...
– Я спрашиваю, ты в Москве заблудился? И мобильник потерял...
– Подполковник...
– Что – подполковник?
– Мобильник взял.
– Зачем отдал?
– Если бы он спрашивал...
– Больше он у тебя ничего не взял? – с издевкой спросил Алиахмет Нурович, начиная злиться.
– Взял... – кивнул Руслан. – Все три пистолета взял.
Алиахмет Нурович только руками развел и даже чуть не задохнулся от возмущения.
– И еще две жизни...
– Муса и Юрок?
– Да...
– А Алик?
– Алик и освободил меня... Подполковник приковал меня наручником к сейфу...
– Алик убил подполковника? – с надеждой спросил Алиахмет Нурович.
– Нет. Подполковник приказал ему освободить меня.
– Еще не легче... Где диск?
– У подполковника... Он сказал, что, может быть, продаст его тебе.
Жди его звонка...
Алиахмет Нурович застонать был готов и обессиленно бросил свое усталое тело в рабочее кресло. Кресло оказалось не слишком устойчивым и чуть было не перевернулось от такого неуважительного с собой обращения.
– Ты все провалил... – Обвинять было гораздо легче, чем брать вину на себя. И после высказанных обвинений всегда чувствуешь себя лучше. – Все... И меня так подставил... Как теперь с Вагизом общаться...
