И давно уже невозможно, восхитительно горячая! Кипяток!
Дракон жадно облизывает мою шею, плечи, приподняв легко в воде, целует грудь, совсем не осторожно прикусывая невозможно чувствительные соски, а я не могу осознать происходящего в полной мере.
Над нами – открытое, заполненное звездами небо, вокруг нас – чернота ночи, молчаливые горы и горячая кипящая вода, которая не обжигает, а дарит неведомое до сих пор удовольствие!
Горячей этой воды только руки дракона и его невозможные, жадные губы, которыми он исследует мое распаренное, покорное ему тело.
Я понимаю, что сгорю тут с ним, просто умру от перенасыщения эмоциями, от этого жара внутри, который не идет ни в какое сравнение с тем, что происходит снаружи.
Если снаружи сейчас кипяток, то внутри – просто жидкий огонь.
Он струится по венам вместо крови, заполняет каждую частичку моего тела и заставляет жадно приникать к другому воплощению огня.
Моему безумному черному дракону.
Вода подталкивает нас друг к другу, а холодные звезды благословляют.
Когда он жестко толкается в меня, заполняя сразу до упора, обжигая изнутри своей твердостью, я не выдерживаю и кричу.
Громко. Так, что эхо бьется о черные скалы.
В этот раз все происходит не так, как до этого, в подсобке.
Там я ощутила нечто невероятное, единение, полное и бесповоротное, с моим мужчиной.
Но сейчас…
Сейчас происходит не единение. Сейчас происходит слияние. Слияние двух стихий, двух взаимопоглощающих сущностей.
Глаза моего дракона горят живым черным огнем, и я вижу в обжигающих зрачках свое отражение.
Чистого золотого пламени.
Мы сливаемся, двигаемся, переплетаемся, руками, ногами, языками пламени тянемся друг к другу.
– Дари, моя Дари, мое золото… – слышу я в краткие, просветляющие от происходящего безумия моменты, и сама тянусь, целую его, с упоением ощущая, как проникает в меня все больше и больше, глубже и глубже его огонь.
Это все…
Это все не то, чем казалось раньше.
Словно происходящее сейчас носит сакральный, тайный и неоднозначный характер.
– Моя теперь совсем моя, – Дракон равномерно двигается во мне, сводя с ума своими словами, своими глазами и ощущением чего-то неизбежного.
Того, чему нет отката. Того, что не имеет обратной силы.
И в тот момент я совсем не против его собственнических слов, наоборот, что-то во мне приветствовует каждое слово, радуется, тянется и ластится к огненному любовнику.
Да, Черный дракон, твоя. Совсем твоя. Твоя!
Мы любим друг друга под огромным звездным небом, словно душами сплетаемся.
