Проклятый дракон!
Проклятая драконья слюна!
Он не хочет меня…
Вернее, он не хочет меня ЖРАТЬ!
А хочет совсем другого!
Я в панике еще раз оглядываюсь, слышу, как из пещеры доносится звук. Шаги. Человеческие. Проклятый дракон! Проклятый, проклятый дракон!!! Обернулся уже и идет сюда, ко мне! А я…
Куда деваться-то???"
"Я делаю шаг в сторону моря, неосознанно, но потом отшатываюсь. Тело уже не горит. Пылает. И особенно горячо там, в самом центре, внизу живота. Настолько, что мне хочется унять этот огонь.
Хоть как-то. Я непроизвольно тянусь к поясу, но потом убираю руки. Закрываю лицо ладонями, касаюсь пальцами губ, и от этого прошибает электричеством. Дрожь, начавшаяся сразу же, как только меня облизал дракон, не прекращается, усиливается.
Я понимаю, что не могу стоять, и без сил приваливаюсь к скальной породе сбоку от входа в пещеру. Закрываю глаза, голову дурманит, дышать трудно, хочется снять одежду.
Сквозь опущенные ресницы я вижу, как тень, огромная, мощная, заслоняет мне солнечный свет, и открываю глаза.
Мужчина. Дракон. Высокий, просто огромный. Мамочка моя, ты видишь? Помоги мне…
Присаживается передо мной. Черные волосы, короткие, чуть кудрявятся. Глаза. Тоже черные. Чернущие. Щетина на щеках. Черная. Как во сне, я протягиваю руку и касаюсь колких волос на его лице. Провожу пальцами ниже, по мощной шее, к груди, заросшей шестью. Тоже черной.
Прикосновение к нему, как ожог, до самых костей пробирает. И хочется касаться еще и еще. Больше. Сильнее. Сжать.
Укусить.
Кто-то стонет, низко, чувственно, мучительно. Не сразу понимаю, что это я… Я так не умею. Не умею.
Умею.
Дракон наклоняется ниже, разглядывает меня. Черный, черный, черный… Я тону в его взгляде, не выплываю, бесполезно, все бесполезно… Больше всего на свете мне хочется, чтоб прикоснулся. Хочется руки его на себе почувствовать, губы… Почему на мне так много одежды? Она же мешает…
Я понимаю, уже остатками меркнущего в горячке похоти сознания, что сейчас за меня говорит только мое тело, одурманенное драконьей слюной, но от этого нисколько не проще.
И мысли в голове невероятно тяжелые, словно снулые рыбы на дне озера. Вялые. Глупые.
Я смотрю на него. Жесткое, жестокое даже лицо. Он не пожалеет. А я и не хочу, чтоб жалел. Хочу, чтоб взял. Полностью. Чтоб пожар этот в моей крови унялся, наконец!
Он молча подхватывает меня на руки и несет обратно, в мрак пещеры.
Я слышу, как скрипят под его ногами камешки, которыми усыпан пол.
