Позор какой!
Мне тут учиться еще! Что подумают люди, драконы, преподаватели, другие Привратники?
Кошмар!!!
– Не дергайся, Дари, – Ассандр лениво жамкает меня в объятиях, так и не удосужившись поставить на место, – никому он ничего не скажет… А если и скажет… Может, это к лучшему…
– Что к лучшему? – еще сильнее бешусь я, – мой бесконечный позор? Да меня и так стороной обходят тут! А после сегодняшнего вечера вообще…
– А что случилось сегодняшним вечером? – опасно щурит черные глаза Дракон, а я прихожу в себя, поняв, что опять чуть было не влипла.
Рассказывать о произошедшем со мной я вообще не намерена.
Во-первых, парни уже получили свое, и сполна.
Во-вторых, только лишнего шума мне недоставало!
Ну а теперь, благодаря моему длинному языку, неумолимо высвечивается «в-третьих»!
Если Ассандр решит найти и наказать студентов… То даже мне, никогда не учившейся в школе, вполне понятно, какими словами будут называть человека, сдающего своих… Учитывая, что свои уже все словили, и, вроде как, наказаны.
Тяжелый взгляд Ассандра не оставляет сомнений, что от несчастных студентов не останется ни рожек, ни ножек, ни их драконьих слабых хвостиков.
Нет уж. Такой грех на душу я брать не хочу! Выплеск, конечно, был, но поди разберись, отчего. И даже если разберутся, то что с меня взять, недоучки? Испугалась, там, кошки… Неосторожно шибанула ветром вокруг себя. Вполне логично же? так что, главное, чтоб Ассандр не начал выяснять вопрос с присущей ему слоновьей, то есть, драконьей грацией.
– Ну так… – начинаю выкручиваться я, – вы же… То есть, ты же… меня… вот…
Мое бульканье вообще никак не отвлекает Ассандра от желания выяснить ситуацию до конца, взгляд по-прежнему тяжелый, а теперь уж и вовсе монолитный, жуть какая… И тогда я применяю тяжелую артиллерию.
То есть улыбаюсь, провожу легонько ладошкой по колючей щеке и спрашиваю с мягкой улыбкой:
– Зачем ты меня вызвал?
Ассандр моргает, ловит мои пальцы губами, сжимает, чуть прикусывая острыми клыками, ярко сверкнувшими белым в темноте ночи.
Глаза его тут же зажигаются знакомым похотливым блеском.
Но затем он слегка приходит в себя, опять хмурится, убирает мои пальцы, сжимает покрепче, заглядывая в глаза:
– Скрываеш-ш-шь… Коза… Вс-с-се равно узнаю…
Судя по тому, как он начинает выпевать шипящие, становится понятно, что держит себя не очень хорошо. Или волнуется, или злится.
