Его сын мог качественно прижечь пару-тройку отрядов с лошадьми и обладал непробиваемой шкурой.
Его внук мог поиграть с огнем и невысоко взлететь, что выглядело устрашающе, но и только.
А вот все остальные… Если удавалось обернуться, то максимум, на что они были способны, это придавить драконьей задницей парочку всдаников. И все.
Их можно было пробить современным оружием, и умирали они так же быстро, как и обычные люди.
Что уж говорить о женщинах, которые же обернуться не могли?
Вырождались колдуны и колдуньи, все меньше и меньше было среди людей тех, кто реально способен причинить серьезный ущерб.
Таких, как я, например.
Ассандр признался, что имел насчет меня крайне неприятный разговор с ректором, чистокровным, кстати, драконом, своим дядей по матери.
И ректор наотрез отказывался отдавать меня.
Потому что моя убойная мощь, пусть и малоконтролируемая, превосходила все мыслимые пределы.
И то, что Ассандр эгоистично захотел меня себе, ни в какие ворота не вписывалось.
Именно поэтому мой дракон так спешил.
Именно поэтому он утащил меня и заявил на меня свои права. Права, которые никто не мог оспорить… Кроме другого, более сильного дракона…
Глава 31
И вот тут мы близко подходим к упоминаемым Императором Зарнихам.
Надо сказать, что миссия Ассандра по привлечению чистокровных драконов в ряды защитников Империи была не то, чтоб очень успешной.
Драконы, все же, редкие заср… то есть, консерваторы.
Не знаю, чем уж так сильно умудрился в свое время привлечь их Первый Император, но Ассандру этот успех повторить не удалось.
И потому летел он обратно сильно расстроенный, напряженный, загруженный.
А тут я по дороге топаю, на свою золотую голову… Ну и все.
Нервы, стресс и ярко блеснувшее внизу золото волос… Привет, гон.
Так у них бывает иногда, это что-то типа того, как у нас, женщин, ежемесячные очищения приходят из-за напряжения и стресса вне очереди. Или не приходят.
В это момент у меня мелькает странное предчувствие, что я что-то важное сейчас подумала… И не додумала до конца.
Упустила.
Но размышлять на эту тему категорически некогда, надо мозаику дальнейшую складывать, пока мужчины рты открывают и слова из себя выдавливают.
Мы уже успели пообедать в столовой, и теперь сидим в специальной курительной комнате. Правда, курит один Волк, а остальные пьют послеобеденный напиток. Крепкоалкогольный.
Ну, а я сладким ликерчиком разминаюсь.
И, кстати, он тоже неплохо нервы успокаивает.
