— Убери от меня свои руки!!! — она красноречиво глянула на его руку, пока Бойд, смущенный ее взглядом, не отпустил её, затем сказала:
— Я не обязана ничего делать, кроме как игнорировать тебя, к счастью, это будет очень легко сделать.
— Пожалуйста, послушай меня хоть минуту…
— Так, как ты слушал меня? Ты протащил меня через всю округу, против моего желания и, должна заметить, в грозу. Ты грубо обращался со мной, запер в комнате, и все это вместо того, чтобы хоть раз меня выслушать!
— Возможно, я обошелся с тобой недостаточно грубо, раз уж ты смогла убежать, — раздраженно бросил он.
— Я мог бы связать тебя в той комнате, но не сделал этого.
— И ты действительно думаешь, что это тебя оправдывает? — Она возмущенно вздохнула. — Да я поверить не могу, что все еще с тобой разговариваю! Тем не менее, я окажу тебе ту же самую любезность, которую ты оказал мне. Что бы ты ни сказал, я пропущу это мимо ушей. Разве это было не так?
По крайней мере, ей было приятно посмотреть, как краска медленно приливает к его щекам, однако это было все, что ей удалось увидеть.
Она повернулась и стремительно вышла. Кэти слышала, как он снова и снова звал ее, фактически крича ей в след, но она, не останавливаясь, почти бегом спустилась по наружной лестнице. Карета Энтони, которую он за ней посылал, все еще была перед домом, и Кэти, мгновенно очутившись внутри, направилась обратно в гостиницу.
Глава 18
Первым побуждением Бойда, пока он стоял в дверях и смотрел, как Кэти уезжала, было последовать за ней, но Джеймс отослал экипаж домой, и вернется он только через несколько часов.
Эдвард тоже имел подобную привычку. Так как Пикадилли всегда была оживленной улицей, семья предпочитала не устраивать заторов, оставляя свой транспорт у обочины."
"Оставался только кучер Дерека, но, если он без вопросов отвез бы любого Мэлори куда угодно, то без сомнения, ему надо было попросить разрешения, чтобы отвезти Андерсона. И тогда этот экипаж было бы уже не догнать, так как он уже сейчас практически исчез вдалеке.
Но Бойд знал, что кто-то в доме Мэлори был в курсе, где жила Кэти, так как ее сюда пригласили.
Он понял, что она была не виновата в том, в чем он ее обвинял, как только добрался до Лондона. Любой другой, чьи сознание и тело не были затуманены желанием, как у Бойда, поверил бы ей немедленно, так как она говорила чистую правду. Но он отправился прямо в дом Энтони, чтобы убедиться, что Джудит благополучно добралась домой.
