— Ну ладно, констебль не задавал мне много вопросов, но почему ты не рассказала ему, что случилось с тобой, до того как ты попала сюда?
— Я рассказала, — с чувством небольшого триумфа ответила Кэти. — Мистер Колдерсон, наш тюремщик, даже поверил мне.
— Мне следовало бы догадаться, — сказала Грейс, пнув дверь, не дававшую им выйти.
Кэти сердито на нее посмотрела. Для разнообразия это был необычайно впечатляющий сердитый взгляд. Грейс, казалось, даже сожалела о своем последнем саркастическом высказывании, но не сильно.
Пока горничная на мгновение умолкла, Кэти смогла объяснить:
— Меня все еще не освободили из-за семьи Джудит. Вероятно, в этой стране они очень известны. Мистер Колдерсон сразу же узнал их фамилию и сказал что не может позволить мне уйти, пока не получит от них подтверждение.
— Так значит, весь вечер ты пробыла здесь? — недоверчиво спросила Грейс, присаживаясь на кровать рядом с Кэти. — Я повсюду искала тебя! Дважды! Был момент, когда я была уверена, что просто упустила тебя, и…
— Разве ты не спросила хозяина постоялого двора?
— Конечно, спрашивала!
— Тогда ты должна была раньше догадаться поискать меня здесь.
Он видел, как меня забрали. Он не сказал тебе?
— Возможно, он мог бы мне сказать, но его не было, когда я обнаружила, что тебя нет в твоей комнате. Там была только его жена, и она утверждает, что не видела тебя.
— Правильно, потому что меня уже точно не было в Нортгемптоне. Этот проклятый американец, явившийся спасти Джудит, решил забрать меня в Лондон, чтобы я ответила за свое преступление перед семьей Мэлори, и он просто посадил меня на свою лошадь и увез.
И ему бы это удалось это сделать, если бы я не удрала от него через окно…
Грейс рухнула на кровать и с трудом проговорила:
— Я знаю, что ты снова сочиняешь одну из своих историй. Но, учитывая наше положение, правда сейчас была бы бесценна!
Кэти не стала на нее обижаться. Она понимала, почему Грейс так расстроена. Они не сделали ничего плохого или неправильного, и, несмотря на это, оказались в тюрьме.
А Кэти за свою жизнь наплела столько небылиц, что у Грейс были все основания сомневаться.
Кэти вздохнула.
— Это и была правда. Это человек уже решил для себя, что я виновна, так что не имело никакого значения, что я ему скажу, чтобы убедить его в обратном. Но, по крайней мере, от него я сбежала. И мистер Колдерсон заверил меня, что я вовсе не обязана ждать подтверждения от Мэлори здесь. Он может договориться со своей сестрой, чтобы она за мной присмотрела.
