Его разум смог бы тогда проясниться, сейчас же он работать отказывался. И все же Бойд не мог заставить себя оторвать от нее свои руки.
Миссис Тайлер на сей раз во плоти, а не в мечтах. Спал ли он или бодрствовал, она всегда в его мыслях с тех пор, как он увидел ее. Но сейчас все было наяву, и она не была энергичной, мягкосердечной молодой женщиной, как он думал о ней раньше.
— Те дети, с которыми ты приплыла, они не были твоими, не так ли? Ты украла их тоже, да?
Он не дал ей ответить. Посчитал, что не сможет противостоять ее оправданиям.
Он закончил бы тем, что поверил бы во все, что бы она ему не наплела, и позволил бы ей уйти с извинениями и улыбкой. Но она начала извиваться у него в руках. О Господи…
Он пересек комнату, ведя ее за собой, и подвинул свободный стул к центру. Толкнув, усадил ее, затем склонился к ней лицом к лицу.
— Ты даже не представляешь, насколько я близок к изнасилованию. Встанешь со стула, и это будет приглашением для меня.
— Ты делаешь большую…
Он быстро прикрыл пальцами ее рот.
В его глазах было предупреждение, чтобы она не заканчивала своей фразы, не смотря на ее сердитый тон.
— Я должен объяснить, насколько близко ты к моей постели? — спросил он, когда убрал руку. — Или это было приглашением?
Она покачала головой, ничего не говоря, но бросая на него гневный взгляд. У нее были большие, красивые глаза — темные изумруды, разъяренные сейчас — неужели она думала, что его это тронет?
Он выпрямился и посмотрел на нее сверху вниз:
— Собираешься попытаться встать?
Она отрицательно покачала головой.
— Я разочарован. Если бы я мыслил ясно, то не предупредил бы тебя, и мы могли бы уже заняться чем-то более увлекательным в постели. Предложение еще в силе. Встань и подойди. Пожалуйста.
У нее не дернулся ни один мускул. Он сжал зубы. Бойд не был уверен, сердился он на себя или на нее. Правила благопристойности могли быть отброшены — в конце концов, она ведь была преступницей. Но он все еще не мог заставить себя воспользоваться этим фактом, несмотря на ее красоту, несмотря на то, насколько он все еще хотел ее.
Она была одета в простое светло-голубое платье с длинными рукавами и высоким воротником, в этом наряде не было ничего сексуального — кроме того, что оно скрывало ее притягательные формы. Также она одевалась и на судне. Её длинные темные волосы были затянуты в хвост и свисали вниз по спине. Также он закалывала их на судне. Она даже закрепила конец хвоста на своем поясе, чтобы придержать его.
