Проголодалась?
— Еще нет. — Она улыбнулась. — Я редко ем, едва проснувшись, а я ведь проснулась только что.
Вместо того чтобы улыбнуться, он слегка вздрогнул, заметила она. Странно. Или она ошиблась? Но солнце поднялось уже довольно высоко. Уже, наверное, почти полдень, а она никогда не спала так долго.
Если задуматься, как ему удалось вытащить ее на берег, не разбудив? Вода плескала бы ей в лицо, рука его слишком крепко обхватила бы ее, пока он тащил ее за собой. Обычный сон этого бы не выдержал. Либо она выпила больше, чем ей казалось прошлой ночью, либо от удара о воду она и вправду потеряла сознание.
Она подумала, что ей повезло, что она вообще проснулась.
Она вдруг поняла, что он рисковал своей жизнью, чтобы ее спасти. Он не смог бы удерживать их наплаву долго, если бы не нашел сушу. И она бы пошла ко дну, даже не узнав, что гибнет, если бы он не прыгнул за ней. Она — его должница…
— Что такое?
Она покраснела. Наверное, она сидела с удивленным видом достаточно долго, чтобы он заметил.
— Ничего, — ответила она, разглядывая свои колени, а потом спросила: — То не дождь на горизонте?"
"О, Господи, она ведь вовсе не сделала ему только что вопиющее предложение? Может, он не свяжет этот ее вопрос со своим замечанием о том, что он готов вызвать шторм, чтобы они могли заняться любовью.
Но, оглянувшись на него, она поняла, что он даже не посмотрел на небо. В этом не было нужды. В синем небе не было ни облачка, и они оба это знали.
Хотя глаза его расширились. Он прекрасно все понял. И теперь самое время сказать ему, что она просто его поддразнивала, так это или нет, на самом деле.
Быстро, пока еще не поздно. Но она не могла вымолвить ни слова, разглядывая его. Солнце блестело в его золотистых волосах. В глазах зажглись эти чувственные огоньки.
Он внезапно рванулся к ней. Она вскрикнула от смеха, падая спиной на песок, потому что заметила его насмешливую улыбку. Но та тут же исчезла, как только он осторожно устроился на ней. Смех тоже стих. И она смотрела на мужчину, который так хотел ее, что из-за этого тысячу раз выставлял себя дураком.
Боже, она могла сказать про себя то же самое. И она так устала с этим бороться …
Глава 35
Мечтать о поцелуе — это совсем другое. Хотя эти мечты волновали Кэти и заставляли ее краснеть, ни одна из них не могла вызвать того же возбуждения, что вызывал рот Бойда на ее губах. Пульс ее участился еще до того, как их губы соприкоснулись, просто от предвкушения! И это был такой глубокий, обжигающий поцелуй.
