— Джудит только подтверждение тому, что мой метод работает. Кажется, мы с ней одинаково мыслим.
Переведя взгляд с Кэти на Джудит, он воскликнул:
— Бог мой, вы двое даже ухмыляетесь одинаково. Как насчет того, чтобы помочь мне, Джуди? Ведь это я здесь проигрываю.
Девочка хихикнула, но не сдвинулась с места. А Бойд доказал, что вовсе он и не проигрывал, когда взял королеву Кэти четырьмя ходами позже. И это почти решило исход партии. Когда королева уходит с поля боя, всякая надежда уходит вместе с ней.
Бойд играл так напористо! Кэти не привыкла к этому. Все предыдущие партии в шахматы у нее были с матерью, и они проходили спокойно, как приятный способ занять время. Но ей не следовало удивляться манере игры Бойда.
Она распознала его решительную натуру, как только они встретились, и стало ясно, что он намеревается преследовать ее. Тогда этот мужчина ошеломил ее настолько, что ей пришлось покончить с этим, выдумав себе мужа. Она полагала, что со временем ей удастся лучше справляться с подобными ощущениям, но очевидно, нет, по крайней мере, не в отношении Бойда.
Но в данный момент его решимость была сосредоточена на игре, и Кэти получала слишком большое удовольствие, чтобы завершить ее. Он выиграл первую партию, и они сразу же начали вторую. И он по-прежнему прилагал все усилия, чтобы отвлечь ее и помешать сосредоточиться, и делал это намеренно. Они много смеялись, но позже она поняла, что так не должно было быть.
Шахматы были серьезной игрой, но он привнес в нее больше веселья, чем Кэти когда-либо испытывала, играя в нее.
Нельзя было сказать, что она разгромила его в пух и прах, выиграв лишь одну партию из трёх, но победы давались ему трудно, поэтому она была вполне удовлетворена результатом.
— Кто учил вас играть? — наконец спросил он, когда они убрали шахматные фигуры на место.
Наступило время ужина, и Бойд предложил ей свою руку, чтобы сопровождать в столовую.
Не мешкая, она взяла его под руку, настолько расслабившись в его компании, что даже не вспомнила, что ей не следовало прикасаться к нему.
— Моя мама, — сказала она. — Обычно мы играли один-два раза в неделю по вечерам.
— Вы с такой же легкостью проигрывали ей?
Она прыснула от смеха.
— Вы называете это «с легкостью»? Я почти выиграла у вас все три партии!
— Почти — никогда не считается, за исключением… вот этого.
