– Им бы хорошо ещё на иглоукалывание – у меня есть потрясающий кореец! Но всё это стоит денег, а мать в школе работает.
– Не бери с них денег!
– Я стараюсь брать понемногу.
– Никаких не бери!
– Мария, ты глупа. – Эмилия прикрыла дверь в гостиную, где вечерний солнечный ветер полоскал занавески, выдувал благовония, настройки и ауры. – Есть законы, которые я не могу нарушать, не смею.
– Тётя, ты в любом случае нарушаешь все законы на свете! Ты морочишь людям головы за деньги! Это что? Не нарушение законов?
Эмилия стащила с головы тюрбан, аккуратно поставила его на полку и поводила над ним руками, словно смахивая невидимые пылинки.
– Мне нужно много воды, сегодня был правда очень трудный день. Я пойду в душ, Мария.
Маня отправила сегодняшнюю таблицу на почту – так было заведено у тётки: самой себе отправлять, чтоб файлы не потерялись, и направилась на кухню. Там она сгрызла ещё одно яблоко, достала из холодильника заранее припасённый фарш и принялась лепить котлеты.
Они ей всегда удавались и выходили пышными, словно июльские облака.
Алекс очень любил котлеты.
Когда появилась Эмилия, у Мани всё было готово – стол накрыт, салат нарезан, пёс накормлен.
– Ужасный урод, – сказала про пса Эмилия и поморщилась. – Зачем ты завела такого? Чтобы досадить Алексу?
– Наоборот! – пылко вскричала Маня. – Они похожи! Смотри, какой у Вольки нос! Не нос, а целый носище! Как у Алекса.
Эмилия уселась, закинула ногу на ногу и вооружилась ножом и вилкой. В домашнем костюме с рожами и молниями – подарок племянницы, – с мокрыми волосами и без косметики тётя-ясновидящая была похожа на абсолютно нормального человека.
– Вкусно, – сказала Эмилия про котлету. – Ты делаешь успехи, Мария.
– Успехи я делала в школе, – язвительно сообщила Маня. – А сейчас я уже взрослая.
– Если Лев тебя пригласит куда-нибудь, сходи с ним, – неожиданно выдала Эмилия.
Маня развеселилась:
– Что-о-о?! Вот с этим самым, который Граф? Граф Лев?! Тётя, за кого ты меня принимаешь! У него одно только имя – моветон.
– Сходи, Мария.
– Да никуда я с ним не пойду, что ты?! И приглашать он меня не собирается! И вообще я завтра вольноотпущенный со службы, правда же?
Эмилия кивнула.
– А это значит, – продолжала веселиться Маня, – мы с ним больше не увидимся.
– Увидитесь.
– Тётя, – слёзно попросила племянница, – ну, хоть за ужином брось ты изображать мойру или дельфийского оракула! Съешь ещё котлетку!
– Мы же собирались худеть.
