— Если она счастлива с кем-то другим, сможет ли она быть счастлива с тобой? — вполне резонно заметила я.
И он вдруг засмеялся. Тихо, хрипло, но это был не смех радости.
— Я эгоист. И считаю, что лишь я смогу дать ей это счастье. От вас я уеду к ней. Хочу доказать ей свою точку зрения.
— Ты же сказал, она не знает о твоих чувствах, — сощурилась я.
— Там все очень сложно. Сложно и тупо. Я уже ничего не понимаю. Кроме того, что хочу забрать ее себе. Если он с ней счастлив, то и я могу? — сам себе задал вопрос Кирилл.
Кажется, этот вопрос его мучил давно.
— Он — это…
— Антошка, — усмехнулся гость. — Ее парень. Я хочу быть счастливым, Маша. Я ужасен? — с любопытством спросил он. — Да, — дал он ответ сам себе.
— Все хотят быть счастливыми. Это нормально. А ты… Ты ведь неплохой человек, — нахмурилась я. — Это ведь ты Иванычу деньги подкинул на даче? — спросила я.
Он поднял на меня потемневшие глаза, в которых таилась настоящая буря.
— Может и я. Откуда знаешь?
— Ты ночью брал машину Дэна, — уверенно заявила я, помешивая свой молочный коктейль.
Мороженое в нем почти растаяло.
— И что?
— И ездил снимать деньги, — продолжала я, чувствуя себя великим детективом. — Потом подъехал, припарковался, но на участке оказался не сразу, а пошел к дому Иваныча.
— Сама догадалась? — с любопытством спросил он.
— Сама, — гордо отвечала я. Хотя мои догадки подтвердил внимательный Смерч — заметил, что машина припаркована не так. И сказал, что такой поступок вполне в духе его друга.
— Молодец, девочка, — улыбнулся Кирилл. — Это так классно — возвращаться в детство. В детстве я был счастлив. Только, знаешь, я не думал, что люди стареют. Я представить не мог, что тот, кто гонял меня по всему поселку, так быстро сдаст. Останется один. Без жены, детей. В нужде. Люди стареют, — повторил он задумчиво, — а потом уходят. Я забыл про это. Я не хочу уходить так, чтобы от меня ничего не осталось.
— Поэтому ты создаешь музыку? — спросила я.
— Поэтому я создаю музыку, — согласился он.
— Это был хороший поступок, — кивнула я. В горле отчего-то образовался комок. — Наверное, Иваныч догадался, что это подарок от тебя и приволок вишню, которую сам собрал.
— Сама догадалась? — вновь спросил он насмешливо. Кровь на порезе не останавливалась, и он взял вторую салфетку."
"— А это уже Дэн сказал, — вздохнула я. Смерчинский был человеком, который частенько растолковывал мне многие, даже простые вещи.
