Снова смотрит на меня. Между бровей знакомая складка. В глазах вопрос.
Спрашивает так тихо, что слышу только я, да, возможно, ещё Микела:
Когда только успела? в его глухом голосе искреннее удивление. И правда не знал, что я хожу по краю?
На зельеварении, шепчу, сцепляя перед собой кончики пальцев. Нижняя губа дрожит от обиды.
Что ж, его голос меняется. Снова холодный и чужой. Это многое упрощает. Леди Клири, соберите ваши вещи. Проследуйте в приёмную. Согласно Уставу, с этой минуты вы отчислены из Академии Стихий.
"
"Нет, поднимаю подбородок и выдерживаю его взгляд.
Нет? его левая бровь поднимается и возвращается на место.
Для убедительности мотаю головой:
Нет, я не согласна. Я хочу погасить штрафные баллы, киваю в конец кабинета. В красном углу.
В классе поднимаются шум и возня.
Тихо! рявкает ректор, чуть повернув голову, и все послушно смолкают.
Он скрещивает руки на груди и прищуривается:
То, о чём вы просите, больше не применяется в нашем учебном заведении.
Пятьдесят первый пункт Устава, парирую я.
Если он не применяется, это не значит, что он отменён. Он действует до сих пор. И я требую, чтобы он был применён ко мне!
Разворачиваюсь и иду в сторону красного угла. Делаю глубокий вдох, набираюсь решимости, сжимаю кулаки и делаю шаг.
Деревянный помост под моим башмачком выдаёт жалобный скрип. Поворачиваюсь вокруг своей оси и решительно смотрю исподлобья на ректора.
Кажется, сейчас тот момент, когда даже ему сложно скрывать свои истинные эмоции под маской холодного безразличия.
Мне даже на миг чудится, что я замечаю тень растерянности на его надменном лице. Но уже в следующий миг его самообладание восстановлено.
Что ж, роняет он лениво, неспешно направляясь к своему столу. Опирается ладонями о спинку преподавательского кресла, сжимает её до побелевших костяшек. Патрик, сбегайте-ка в приёмную и принесите то, что просит леди Клири. Розги.
Патрик послушно соскакивает с места и вылетает прочь из кабинета.
Мигает сигнальный артефакт над дверью: урок закончился.
Но никто и не думает сдвинуться со своего места. Ещё бы. Все готовятся вживую увидеть то, что давным-давно стало историей, то, что помнят разве что наши дедушки и бабушки. Наказание розгами.
Время тянется мучительно медленно. Красные стены позади словно жгут мне спину. Стою у всех на виду в этом позорном красном углу. Эти минуты я запомню на всю жизнь! Минуты моего позора.
Скорее бы уже это закончилось!
Скрип двери воспринимаю как облегчение.
