Жадно смотрит на грудь, затем переводит взгляд ниже. Пальцами касается еле заметных белесых растяжек на животе.
Качает головой.
- Как я не заметил раньше? – поднимает на меня пораженные глаза.
Опускаю взгляд и рассматриваю его пальцы на талии.
- Не знаю, - шепчу. - Они ведь не очень явные."
"А потом ахаю, когда Матвей резко встаёт и переворачивает меня на спину. Тянет джинсы вниз по ногам, проезжаясь подушечками пальцев по разгоряченной коже.
Склоняется над моим животом и нежно целует чуть выше пупка, затем вдоль еле заметных длинных полосок.
Глаза сами собой прикрываются, а из груди вываливается протяжный вздох. Снова пытаюсь сдержать слезы. Как мне этого не хватало… тогда, когда я была беременна. Когда каждую ночь думала и вертела в голове диагноз сына.
Молилась. Молилась. Молилась.
Верила. Была сильной.
Эти мысли разрывают душу и заставляют меня горько прошептать:
- Я больше не хочу быть сильной, Матвей! – наблюдаю, как он поднимает голову и вглядывается в моё лицо. – Я так устала быть сильной, если бы ты знал.
Запрокидываю голову, пытаясь подавить накатывающую бурю. А потом не сдерживаюсь.
Всхлипываю раз за разом.
Тут же оказываюсь прижата к горячему телу.
- Тшш… ну ты чего? – начинает быстро приговаривать. Гладит по голове, отбрасывая непослушные волосы за спину. – Маленькая моя. Не надо больше быть сильной. Ты только доверься. Доверься мне полностью.
Пытаюсь успокоиться и перестать рыдать. Это какой-то нонсенс. Раньше я годами не могла даже слезинку выдавить.
А сейчас еле прихожу в себя.
- Доверишься? – спрашивает еще раз Матвей.
- Я… постараюсь. Честно, - шепчу, целуя тыльную сторону ладони, которой он успокаивающе гладит по щеке и утирает слезы.
Снова замираем. За окном стремительно темнеет, но нам до этого нет никакого дела.
Мы словно две батареи, которые вдалеке растеряли весь свой заряд и уже несколько часов напитываемся друг другом.
Снова привыкаем быть вместе. Без ссор и обид. Без ментальных пощечин.
Еще вчера я и мечтать о таком не могла.
- Блд,- тянет Матвей вздыхая.
- Что? – приподнимаю голову.
- Мы так никогда не потрахаемся, - хмурит брови пораженно.
Наши глаза снова находят друг друга в тусклом свете. Не знаю, кто начинает первый, но мы оба потрясываемся от дикого хохота.
- Что-то пошло не так, - сквозь слезы, на этот раз от смеха, произношу.
- Да уж, - снова притягивает мою голову к себе. Коротко целует.
- Лежи, Андреев, - указываю, чуть надавливая на плечи.
