- По всей видимости, рекомендации не устроили.
Зло отбиваю звонок.
Черт. Черт. Черт.
Я убью его!!! Своими руками!
БМВ на парковке отсутствует, поэтому я быстро набираю номер, выученный мной наизусть.
- Да, - слышу ровный бархатный голос.
- Ты дал мне плохие рекомендации? Серьезно??? – шиплю в трубку.
- Ага, - соглашается он, смеясь.
Мерзкое чудовище.
- И что ты сказал, Матвей? – усмехаюсь. – Что я бумагу у тебя ворую из туалетов?
- Не-ет, - тянет иронично.
- А что тогда?
- Правду сказал. Что ты лживая сучка.
Отчего-то степень его эмоций гасит мои возбужденные нервы. Ему не все равно. Он может сколько угодно прикидываться, но я ему не безразлична.
- Да пошел ты! Придурок чертов. Быстро позвони и скажи, что ошибся.
- Ошибся? – выдает так, словно он не умеет ошибаться.
- Ошибся, - повторяю и тяжело вздыхаю. – Спутал меня с кем-то, забыл принять таблетки от Альцгеймера. Я не знаю, что ты скажешь, Матвей.
В трубке повисает тишина."
"- Ну что ты молчишь? – повышаю голос.
- В десять, - проговаривает он сухо.
- Жду у себя.
Глава 11. Виктория.
На часах еще полдевятого, поэтому я захожу в студию и пытаюсь прийти в себя с помощью кофе.
Я одновременно не хочу его видеть и до омерзительности этого желаю. Парадокс.
Моя плоть поражена неизвестным вирусом. Ни один человек на земле не скажет, когда это пройдет. И пройдет ли вовсе. Я всю жизнь буду мучаться. По крайней мере, в этот момент я точно так предполагаю.
Дрожь усиливается по мере приближения стрелки к назначенному времени.
Как я устала от развязанной им войны!
Зачем он меня мучает?!.
Женился, планируешь ребенка – живи счастливо. Радуйся. Выбирай пеленки, коляски. Нет, ему нужно обязательно быть рядом со мной и творить свои безумия.
Быть отвратительным.
Без трех минут десять проверяю идеальность макияжа, прическу, поправляю платье и отправляюсь в кабинет к Матвею.
Впервые за все это время стучусь и жду ответа.
- Да, - слышу голос и проваливаюсь в омут. – Входи.
- Привет, - говорю с порога.
- Привет еще раз, - отрывается Матвей от ноутбука, резко его захлопывает и кивком указывает на стул напротив.
Высоко подняв голову, прохожу вглубь кабинета. Сразу начинаю с обвинений:
- Скажи мне, ты намеренно портишь мне жизнь?
- Ты о чем?
- Я о твоих «нелестных» рекомендациях.
- А, это…
Матвей искренне улыбается.
Точно так, как делал это раньше. Словно не было бесчувственного и заносчивого Андреева на протяжении последнего месяца.
