Ведь так она называла Матвея?
- Скажешь тоже. Падай давай, - указывает на стул.
Сам отправляется к духовке, откуда с помощью прихваток извлекает противень.
- Что там? – спрашиваю заинтересованно привставая.
- Еда для… - оборачивается таинственно. – Тебя.
Стуча ноготками по поверхности стола, пытаюсь сообразить, как именно рассказать ему о беременности. Матвей профессионально отодвигает фольгу и сервирует наш ужин.
- Ого, - округляю глаза, когда передо мной приземляется тарелка с внушительным куском красной рыбки.
– Куда так много?!
- Так... еще ведь салат есть, - Матвей вынимает из холодильника миску. – Ешь давай. Витамины, все дела.
Хитро прищуривается и зависает надо мной.
- Господи, Андреев. Я тут мучаюсь, как тебе сказать, а ты давно все знаешь, да?! – качаю головой.
- Ты просто стала такой рассеянной, что оставила свою синюю папку прямо на кровати, - смеется он, подхватывая меня на руки.
- Вот дурочка!
- Дурочка, конечно, - становится вдруг серьезным. – Почему сразу не сказала?!
- Хотела убедиться, что всё в норме.
- Убедилась?
- Да.
Матвей раздраженно цыкает и еще крепче обнимает.
- Сколько раз говорил. Что бы ни случилось – немедленно ко мне. Вдвоём легче.
- Не ворчи, - целую вкусно пахнущую щеку. – У меня тоже для тебя кое-что есть.
Несусь в прихожую, чтобы вытащить из кармана снимок.
- Вот, - выкладываю перед ним на стол черно-белую карточку.
- Что это? – завороженно спрашивает, легонько касаясь еле заметных очертаний.
- Это твоя дочь, Матвей, - говорю и не могу сдержать слёз.
- Двенадцать недель.- Дочь, - произносит, смакуя это сладкое слово. – Офигеть."
"Трепетно рассматривает снимок и его лицо озаряется широкой улыбкой.
- Дочь, - еще раз произносит и тянет меня на себя. Крепко-накрепко обнимает, повторяя это слово.
- Готовься отбиваться от ухажеров, папочка, - шучу, обхватывая шею. – Мне сказали, что сразу видно – красивая будет девчонка.
- Даже не сомневаюсь, - Матвей тоже счастливо смеется и тянется к моим губам. – Вся в маму. Вторая королева.
Его рука накрывает еле заметный животик и нежно поглаживает.
- Как чувствуешь себя? – спрашивает тихо.
- Превосходно. Даже не тошнит, но постоянно хочется спать.
- Ешь давай, - говорит, пододвигая тарелку. – И будешь спать.
После ужина Матвея отправляется в душ, а я прохожу в спальню и переодеваюсь.
Из прихожей слышится звонок, который отчего-то отзывается в сердце неясной тревогой. На негнущихся ногах дохожу до сумки и беру в руки телефон. Номер незнакомый.
