Бертоло разузнал, что мы могли бы снять другое место под зал неподалеку, к тому же это было дешевле. Но я не согласилась – пока будешь таскать пиццу туда-сюда, она остынет. К тому же, у людей должны течь слюнки от божественных ароматов, едва они переступят порог, чтобы заказывали пиццу еще и еще.
Поэтому я пошла по более сложному пути и все-таки уломала хозяина сдать нам склад. За это он потребовал, чтобы овощи и фрукты я всегда покупала у него.
У меня на примете уже была другая лавка, где было подешевле, да и посвежее.
Но ради зала пришлось, скрипя сердце, согласиться."
"Зато, когда помещение было расчищено, проветрено и отмыто, я однозначно решила, что оно стоило этих сложностей.
Мне очень понравились красные кирпичные стены – получился ну чисто интерьер в стиле лофт.
Так же нам удалось раздобыть подвесные лампы и лампочки, наполнившие зал теплым апельсиновым светом. Но особенного уюта добавили растения в горшках, которыми мы заставили все вокруг.
Зелень приятно освежила зал своими сочными красками.
Покрашенная мебель высохнет на солнышке – останется только ее расставить и – вуаля – мы готовы к открытию!
Внезапно я услышала истошный детский плач.
– Манон, Манон, я все испортила! – заливалась Миша. – Я случайно, я не хотела, правда-правда… Что же теперь делать?
Оказалось, девочка уронила банку с оставшейся краской на несколько столов и стульев. Некрасивые красные пятна расплылись по аккуратно выкрашенной в зелено-бело-красную полоску деревянной поверхности.
Девчушка плакала так горько, как будто произошла, по меньшей мере, катастрофа вселенского масштаба.
Я обняла ее и успокоила.
– Вот еще – переживать из-за таких пустяков!
– Но как же теперь? – заволновалась Миша.
– А очень даже просто. Гляди!
Я провела кисточкой по некрасивому пятну и превратила его в сердечко. Еще одно стало ромашкой. А из следующего мы вместе единогласно решили сделать гриб.
Мы с Мишей смеялись, придумывая все новые и новые формы, которые можно было сделать из случайных клякс, как вдруг я почувствовала чей-то пристальный взгляд.
Это был один из тех взглядов, которые ощущаешь всей кожей, и от которых становится не по себе. Страшно холодно и неприютно, как будто голышом выскочила на мороз.
У ворот, которые я не успела закрыть после отъезда Бартоло, остановился роскошный черный фаэтон.
Около него, прислонившись к капоту бедром, стоял мой бывший муж, маршал Орлании Кайран Альберон.
