Будет грандиозный бал, великое торжество. Ну, ты наверняка, слышала. Так что, увы, ничего нельзя поделать. Если только… Хотя нет, это не вариант.
– Если только что? Договаривай! – клещом вцепилась я."
"– Каждую последнюю пятницу месяца император во славу богини смирения Айдос принимает прошения прямо из рук всех желающих и страждущих, около западного ограждения его нынешней резиденции. Там обычно собирается всякий сброд, самая последняя чернь. Народу столько, что могут намертво затоптать. Тебе это, конечно, не подходит.
– Почему же не подходит? Через три дня как раз последняя пятница месяца!
– Мой тебе искренний совет – даже и не думай туда соваться, – отрезал Барбароса. – А то я останусь без твоей великолепной пиццы!
– Миша, если что, испечет. Она почти меня переплюнула в мастерстве, – отмахнулась я.
Разумеется, ровно через три дня ранним-ранним утром я стояла около западной решетки, через которую виднелся сад и высокие башни замка императора.
Барбароса оказался прав – рядом творилось настоящее неистовство.
Десятки, если не сотни немытых тел, пихали меня со всех сторон. Вокруг были беззубые оскаленные рты, грязные лохмотья, чумазые протянутые вверх руки, трепетно сжимающие листочки бумаги с кое-как накарябанными закорючками.
Стараясь не обращаться внимания на запах, я прижала к груди свое прошение и попыталась продвинуться вперед. Это было невозможно, как вдруг какой-то бугай в порванном картузе прямо передо мной надавил на толпу, разгребая ее, как воду.
Шанс!
Я нырнула за ним в образовавшийся на секунду проход, и тут меня швырнуло прямо на решетку.
По ту сторону ограждения в нескольких шагах от себя увидела невысокого человека в простом сером костюме без единого украшения. Вслед за ним на почтительном расстоянии двигалась куда более разряженная свита.
Внутренним чутьем я поняла – это император Авл Максим.
Мы встретились с ним глазами.
Такое бывает только раз в жизни. Клянусь!
Я с замиранием сердца протянула через прутья решетки свое прошение.
Но в этот момент кто-то грубо схватил меня за платье и отшвырнул в самую гущу толпы.
Возможность была утеряна. Более того, огромных усилий стоило мне удержаться в вертикальном положении и не оказаться под ногами вопящей толпы.
Я уронила прошение, но нагибаться за ним было бы верной смертью.
Выбралась из толкучки каким-то чудом, помятая, взъерошенная.
Ну, спасибо хоть, что живая!
ГЛАВА 50
С управлением фаэтоном я освоилась довольно быстро.
