Против воли заставила бы себя познакомиться с каким-нибудь безопасным мужчиной — умным, воспитанным, спокойным. Разрешила бы ему себя поцеловать. Без инициативы. Без желания, от которого кружилась бы голова.
Возможно, даже решилась бы пойти дальше.
Но я бы точно и на шаг не приблизилась к такому, как Паша! На пушечный выстрел не подошла бы. Ни во сне, ни в фантазии не представила бы рядом.
Он был концентрацией моих страхов. Слишком свободный, не привязанный ни к кому. Слишком раскрепощенный для такой, как я, не способной даже на хороший минет.
Слишком роскошный, чтобы его могла удержать женщина, которую разлюбил собственный муж.
У меня не было ни одного шанса оказаться в его объятиях.
Но сейчас, зацелованная, счастливая, я ни о чем не жалела.
Сошла с ума? Да!
Не думала о будущем? Абсолютно!
Не надеялась стать кем-то большим для своего потрясающего любовника? Безумно хотелось ответить «да» и на этот вопрос.
Так было бы проще. Так было бы как в модных фильмах и книгах, где секс — всего лишь разновидность фитнеса, а после расставания герои продолжают дружить.
Но врать себе почему-то не получалось.
Сердце заходилось, когда встречалась с ним взглядом на улице. Улетала от его поцелуев. Ревела как дура после ярких оргазмов.
А сегодня, услышав историю из прошлого, впервые не хотела уезжать домой так быстро.
Глава 18
ЖеняПосле встречи в квартире в наших с Пашей отношениях начался странный период. Я спустила на тормозах все свои страхи. А Бояринов из знакомого сексуального террориста превратился в заботливого учителя — в «препода для училки», как говорил сам Паша.
Мы встречались почти каждый день. Иногда как умалишенные занимались сексом. До отключки. До будильника, который я стала заводить себе, чтобы не уснуть в объятиях этого маньяка.
Иногда, когда Паша не мог перенести дела, мы вместе обедали в ресторанах.
Иногда сходили с ума другими способами.
Словно гамбургского похода в бордель было мало, в Москве Паша как-то завел меня в элитный секс-шоп. Будто мы в супермаркете, в отделе с огурцами и баклажанами, он предложил выбрать себе игрушки.
И, видимо, чтобы добить, позвал для меня консультанта с целым арсеналом разноцветных фаллических штуковин.
Скоростью, с которой я бежала из этого магазина, гордился бы даже наш школьный физрук. Я неслась, не замечая ступеней на лестнице и выбоин в плитке. Ругала себя. Не оглядывалась.
Паше пришлось хорошо постараться, чтобы догнать меня и затолкнуть в свою машину. Прохожие косились.
