Желание убивать не лечилось никакими поцелуями, а несчастный вид моей исхудавшей девочки так и кричал, что не секс ей сейчас нужен… совсем не секс.
— Я, конечно, знала, что ты извращенец, но обжиматься с тобой в ресторане не буду.
Стоило мне вытянуть свою упрямую козочку из машины и подвести к тяжелой деревянной двери с красивой табличкой, она встала, как вкопанная.
— Ход твоих мыслей мне нравится, но трахать тебя я предпочитаю на кровати и без свидетелей.
Пришлось немного подтолкнуть свое сокровище ко входу.
И чтобы не сбежала, сразу же за порогом забрать пальто.
— Бояринов, ты у меня час просил, потому что тебе покушать не с кем? — Женя включила училку на полную мощность и гордо вскинула подбородок.
— Представляешь, какая засада?! Полгорода женщин, а как ужинать — так одному. Несчастный!
Я все же не сдержался и поцеловал свое солнце в лоб.
— Тогда у меня для тебя плохая новость. — Женя осмотрелась. Взгляд зеленых глаз ненадолго остановился на ближайшей к нам гостье. Та была обвешана бриллиантами, как новогодняя елка игрушками.
— И?
— С компанией ты ошибся. Я не готова. — Феечка обхватила себя руками. — У меня сегодня была немного другая развлекательная программа. Без платьев, туфель и прочего.
— А это важно?
Мне снова захотелось ее поцеловать. Только не в лоб, а в губы. Зацеловать до отключки. Чтобы выкинула из своей хорошенькой головы все комплексы и вернулась ко мне прежней. Той смелой красоткой, с которой я в тапках ходил по немецким магазинам и шокировал местных фрау.
— Наверное… да. — Женя опустила взгляд.
— Ответ неправильный.
Чтобы и правда не наброситься на это смущенное чудо, я позволил администратору провести нас за столик. Сам усадил феечку. Как коршун. А когда она вздрогнула от случайного прикосновения, наклонился к уху и прошептал.
— Открою тебе страшную мужскую тайну. Не важно, как женщина одета, сколько времени она потратила на боевую раскраску и сколько побрякушек на себя нацепила. Все мужчины видят своих дам голыми. Всегда! Каждую минуту! Как рентген-аппарат, не замечая ничего сверху.
— Паша… Не все такие испорченные, как ты.
Женя закусила губу, пряча улыбку.
— Все! Но те, кто изображает, что они не такие, либо лживые, либо гандоны, либо лживые гандоны. — С чувством выполненного долга я сел на свое место и взял в руки меню.
— Значит, я перед тобой сейчас тоже…
Фея не покраснела, не побледнела. Цвет ее лица остался прежним, но глаза вспыхнули. Впервые за время нашей сегодняшней встречи.
