– Ты что не понял, что я сказал? Поднимай свой зад, обыщи город, локализуй местонахождение, и чтобы к вечеру голова бедолаги, в которого вселился чужак, была у меня на столе! Это не шутки! Его нужно немедленно истребить!
Истребить?! – Я сильно подавилась, опрокинула стакан и зашлась кашлем.
6
Генерал тут же принялся вытирать мне салфеткой губы и подбородок, не отпуская “телефона” от уха.
– Вы в порядке, Каролайн? – прошептал он тихо.
Из переговорного устройства раздалось:
– Есть немедленно поймать и истребить!
Сердце забилось, как бешеное.
Это кого они хотят истребить?! Меня что ли?!
Я медленно кивнула Скарсгарду, ширя глаза, и забрала у него салфетку, со страху сжав её в кулаке.
– Всё, Фишер, у меня неотложное дело! Звук отключаю, связь через адъютанта!
– Подожди минуту, Георг, я ещё хотел уточнить! – послышалось в “трубке”.
– Ну, уточняй, – медленно пророкотал Скарсгард.
Вот это выдержка у мужчины! Ведь видно, что терпения больше нет— мой Жора сжимает кулаки до белых костяшек.
Неужели так не терпится “подтвердить брак”?"
"А вот у меня нервы просто никакие. Зубы стучат, как будто на морозе сижу под порывами сильнейшего ветра. Только получила жизнь – и меня сразу хотят убить!
– Не нервничай, – положил ладонь мне на плечо супруг.
Дрожь мгновенно улеглась. Или испугалась генерала и убежала?..
Собеседник генерала начал что-то быстро лепететь. Скарсгард, оставив меня, вновь отошёл в другую часть комнаты, что-то терпеливо объяснил по второму разу инквизитору, отдал ещё какие-то приказы и наконец захлопнул переговорное устройство.
Развернувшись, генерал медленно двинулся в мою сторону, словно хищник, крадущийся к забившейся в угол добыче. Ловкий, грациозный. Всё тело подобрано и налито силой, мускулы, проглядывающиеся под мундиром кажутся ещё больше и опаснее.
Я поёжилась.
Что же делать? Вдруг он всё понял про меня? Неужели мне конец? Прямо сейчас?
Генерал осторожно, не делая резких движений, расстегнул несколько верхних пуговиц, будто они ему мешали дышать.
На открывшейся шее что-то засеребрилось. Сперва показалось, что цепочка, но когда он ещё немного приблизился, я увидела пластины чешуек. Крылья мужского носа опасно задрожали, а серую сталь глаз снова прорезали вспыхнувшие огненным свечением острые вертикальные полосы.
Он точно не человек!
Бог ты мой, в какой мир я попала?!
Мой палач встал напротив, широко расставив ноги в высоких, начищенных до блеска сапогах, и потянулся к моей кисти.
