– Генерал Скарсгард, верховный инквизитор Фишер очень срочно вас вызывает, – проговорил взъерошенный адъютант, тот самый с пшеничной причёской, который ещё в зале подходил к нам.
– Я сказал, передай ему, что у меня свадьба, я в курсе случившегося, всё под контролем, – сквозь зубы прорычал супруг, стискивая меня, словно пташку, которую кто-то может утащить.
Хотя вряд ли кто-то из собравшихся посмел бы пойти против такого сильного генерала.
– Сработали магические ловушки на прорыв чужой души из другого мира, ваша светлость, – продолжил адъютант, сверкая напуганными глазами.
– Инквизитор просит, чтобы вы помогли!
– Вот это новость. Так, пусть развесит во всех учреждениях сигнальные кристаллы, – приказал генерал. – Во дворце проверить всю стражу и раздать им обнаруживающие артефакты! Я приеду, как только подтвержу брак.
Так-так-так. Что это за оккультизм такой на моей, пусть и вымышленной, но свадьбе?! Какие-то прорывы чужих душ, другие миры… Вечер всё больше перестаёт быть томным и превращается в настоящий триллер.
Я ещё раз взглянула на портрет, где была изображена “не я”, вспомнила яркий вкус мужских губ на своих губах – все чувства были столь сильными и реальными, что… тут осознание прошибло словно молнией. А что если всё это не сон, и та прорвавшаяся душа, о которой они говорят, это и есть я? 5
Я стояла ошарашенная и переводила изумлённый взгляд с адъютанта на генерала и понимала, что оказалась в чужом теле! В теле невесты на свадьбе! Но где же хозяйка этого тела?
– Ваша светлость… – простонал адъютант и сделал умоляющие глаза.
– Ладно, я сейчас сам поговорю с инквизитором, – тяжело вздохнул супруг и собрался захлопнуть дверь.
Я поняла, что если мы вновь окажемся наедине в комнате с кроватью, где ритуально горят свечи и со стен глядят люди, занимающиеся любовью, то мне этой самой любви не избежать.
Одно дело, когда я думала, что всё это сон. Другое – по-настоящему лечь в постель с чужим мужем!
Я протолкнула коленку в узкий проём, не позволяя двери закрыться, и каким-то чудом выскользнула из комнаты, пока супруг тянулся в карман за какой-то круглой штукой, похожей на карманное зеркальце.
Я оказалась в зале с гостями, лихорадочно соображая, куда бежать. Сообщать всем, что я не та, за кого меня приняли, точно нельзя! Ещё неизвестно, что со мной сделают! Нужно сесть и спокойно подумать, что делать.
