— Мистер Брекстон ранее при свидетелях заявил, что ваши рабочие недовольны, что здесь зреет бунт, к которому присоединятся рабочие с дороги и шахты, - продолжил главный, как я «окрестила» центрального судью.
— Думаю, мистер Брекстон плохо знает о делах в Бентоне. И занимался все отведенное для этого время чем-то иным, - я посмотрела на Оскара и отметила, что его улыбка не столь довольная, какой могла бы быть. Видимо, еще до моего приезда здесь что-то пошло не так.
— Мы можем получить документацию по фабрике и поговорить с управляющим? – поинтересовался главный.
— Конечно, - ответила я, заметив за домом Сэма. С ним рядом стояла Пенелопа и Льюис. Я махнула рукой, и Пенелопа поторопилась к нам. Льюис шел за ней, и мне показалось, что готов был рвать зубами всех, кто только тронет хоть словом или пальцем.
Пенелопа положила на стол перед судьями три объемных папки, развязала узлы и посмотрела на меня с улыбкой. Я перевела взгляд на Оскара, который тянул шею, пытаясь рассмотреть, что им принесла Пенелопа.
Потом он перевел взгляд на Пенелопу, на меня и, кажется, понял, что здесь что-то не так. Ведь эти безмолвные наши переглядывания были совсем не тем, что он привык видеть!
— Господа, вы можете посетить нашу фабрику и лично поговорить с рабочими, чтобы убедиться, что все совсем не так, как описал шериф, - начала Пенелопа. - Миссис Лоуренс аккуратно ведет дела, вовремя выплачивает деньги рабочим и заботиться об их насущных проблемах.
— Каким образом? – поинтересовался один из тех, кто стоял за спинами судий.
Я поняла, что это и была та самая комиссия, которая должна была приехать для оформления бумаг по нашему поселку.
— Всем предоставлено жилье. Больше половины земель, принадлежащих миссис Лоуренс, уже поделены на небольшие участки для продажи именно рабочим, - Пенелопа говорила спокойно, медленно, своевременно указывая на нужные бумаги.
Судьи рассматривали все, что она давала, благосклонно кивали и слушали ее дальше. Я только и делала, что смотрела на свою помощницу и на Оскара, лицо которого становилось красным от негодования.
Этого он точно не ожидал, а о земле и подавно не знал.
— Уважаемый суд, - сиплый голос из толпы заставил всех замолчать и разойтись. Когда к помосту, опираясь на трость, вышел мистер Брекстон, Оскар побелел. – Я прошу выслушать меня, как человека, владеющего шахтами, упомянутыми здесь ранее. А еще… как отца шерифа Оскара Брекстона."
"— Да, мистер Брекстон, - судья, сидящий в центре, чуть склонил голову.
