И, как я поняла… не только ты? Участвовать в этом будет несколько человек?
— Да. Все те, кого мы хорошо знаем, кого наняли недавно. Да и пришлых можно подбить…
— Ну, судя по всему, Оскар был прав, охарактеризовав тебя как мозг этих ваших стачек, - хмыкнув, ответила я.
— Да. Это так, и мы можем просто начать волнение на тему низкой оплаты. Если он и правда хочет дестабилизировать твое дело и превратить друзей во врагов или в инструмент шантажа… мы сделаем это без него. Пусть считает, что мы настроены против тебя, - теперь моя подруга улыбалась во все свои белоснежные зубы и светилась от радости.
Только я не понимала, как это будет выглядеть со стороны.
— И как же мы навредим этим Оскару?
— Если ты права, он будет нам помогать, и как минимум, из-за нас тебе не придется делать выбор, когда он пообещает нам навредить. Он будет уверен, что мы и так что-то замышляем. И он ни в коем случае не допустит, чтобы наша акция сорвалась. Если же показалось, то он должен предупредить вас о нарастающем недовольстве, посоветует, что делать.
Да и вообще, бунт возле огромного строительства железной дороги мало кому нужен…
— А ты праваа-аа, - протянула я, когда все кусочки пазла сложились в моей голове. - И как нам действовать?
— Сначала я подговорю своих, чтобы они «неслышно» пошептались недалеко от шерифа. Пусть в его голове это будет первым звоночком. . Нам придется вести себя менее любезно, а тебе надо быть более недовольной. Стройку фабрики мы никак не затронем. Руководит ею мой муж. Они все будут делать в срок, но жаловаться не перестанут.
— А это не родит настоящий бунт? Или, допустим, кто-то проговорится, и тогда Оскар сожрет нас всех с косточками и не подавится, - засомневалась я."
"— Нет. Главное, чтобы мы знали. А если он захочет подавить наш якобы бунт, мы просто вернемся к прежнему общению. Люди замолчат и перестанут шептать ему ложь. Тогда он просто выйдет дураком. Ну… или хорошо перестраховавшимся другом, который переживает за Лео и его молодую и слишком уж деятельную жену, - закончила Пенелопа.
— Как ты это придумала? – я не верила, что женщина из девятнадцатого века, да еще и негритянка, смогла продумать и правильно просчитать всю эту кампанию. На долю секунды я замерла, обдумывая, как это будет выглядеть в глазах Оскара.
— Может быть… если ты полностью доверяешь, ввести в курс дела Уорена? – аккуратно предложила Пенелопа.
— Нет, что ты. Думаю, любой из мужчин посчитает это мышиной возней, и Уорен поделится с Лео уж точно.
