Мне не нужны деньги, не нужна протекция и ваши связи… лично мне. Но для дела… - я опустила глаза, дождалась, когда Лео с отцом выйдут, и посмотрела на Елену.
Ее светлые ресницы дрожали, как будто в замедленной съемке.
— Вы не навредите моему сыну? – тихо спросила она.
— Никогда и ни за что, клянусь вам, - твердо ответила я и положила свою ладонь на ее, сжимающую салфетку с такой силой, что костяшки пальцев побелели. - Я лучше умру, чем сделаю ему больно, мэм… Елена.
— Я не хочу терять единственного теперь ребенка ради амбиций мужа.
Да, я поддерживаю его во всем. И теперь согласна с воспитанием наших детей, с образованием, которое он ему дал, несмотря на то, что изначально хотел для него другого. Наш Лео сможет жить и без нас, даже если все это, - она подняла ладони и осмотрела столовую, будто видела ее впервые, - если все это исчезнет. Мой муж был беден в детстве. За годы сам смог все это заработать, и теперь…
— Теперь он хочет признания, - закончила я за нее.
— Да, но он его заслуживает! А эти снобы, считающие себя сливками общества, - ее лицо теперь выражало презрение и даже отвращение к тем, о ком она говорила, - они и мизинца его не стоят.
Он построил столько больниц, столько школ и церквей…
— Елена, я вам верю, потому что хорошо знаю Лео. Он не может быть сыном плохих людей, - я снова посмотрела на нее. И теперь она положила руку поверх моей.
— Принесите нам десерт. Виктория, вы любите сладкое? – видимо, успокоившись после моего заверения и взяв себя в руки.
Пока мужчины разговаривают, так как ничего не могла решить сейчас сама, она решила провести это время плодотворно.
— У вас есть братья или сестры?
— У моей мачехи есть сын. Ему шесть. Зовут Оливер. Он добрый и отзывчивый. Мне кажется, он даже любит меня. Но его мать меня ненавидит…
— Ты сказала, что она содержит отца? Значит, они тоже из выскочек, как и мы? – она усмехнулась своим же словам, называя себя так, как привыкла слышать о себе.
— Да, Елена, только мне непонятно… чем я могу навредить ей, чем я мешаю отцу.
.
— Девочка моя, этот мир мне стал понятен лишь тогда, когда у нас появились деньги. Твоя мачеха попросту боится лишиться власти. Даже не она, а, скорее всего, ее отец. Твой муж может оказаться богаче его. И тогда… тогда твоим отцом будет управлять не она и ее отец, а зять. Мистер Вудстер... твой отец... он заседает в парламенте? - глядя мне в глаза, спросила Елена.
Я осторожно кивнула.
Теперь мне все стало абсолютно понятно.
