Его считают выскочкой, самоуверенным хамом, захватывающим все больше и больше дорогостоящих проектов.
— И ты не в силах что-то изменить? – поняв, что ни черта не пойму в хитросплетениях политики и экономики, я отступила.
— Ничего, Виктория. Пока нет точного срока, но нам, вероятно, придется сворачиваться. Лично для тебя я смогу тогда быть помощником и даже, наверное, компаньоном. Но тебе придется ехать на юг, где тебя точно не узнают.
— Нет. Не юг! Только не юг, Лео. Я знаю, что там сейчас творится… я не смогу там… Да давай просто пустим все на самотек и будем жить спокойно до того времени, когда нам придется и правда собирать вещи и что-то говорить людям, - я вспомнила о том, что Сэм надеялся заработать пару сотен к зиме, чтобы вернуться не с пустыми руками, и у меня опустились плечи.
— Давай прогуляемся. Ты же хотела увидеть карьер. Я как раз свободен, сыт и после нашего разговора даже несколько счастлив…
— Не преувеличивай, - я положила свою ладонь в его, и он потянул меня, сделав при этом вид, что с огромным трудом это делает.
— Ни капельки. Ты сейчас заставила меня выговориться. И я увидел, что эта ситуация не конец. Жизнь продолжается. И мне просто придется стать очередным толстосумом, главной задачей которого будет членство в очередном клубе джентльменов."
"— Нет, Лео, ты не из того теста, чтобы сдаваться. Твои глаза горят, когда ты говоришь о работе, когда сидишь над своими чертежами и расчетами. Моя… мне как-то сказали, что все получается только когда горят глаза.
Думаю, это лишь очередная ступень. И ты сейчас должен всего-навсего повыше поднять ногу, потому что каждая следующая будет сложнее. Но ты все сможешь!
— Виктория, ты так и не вспомнила ничего? – вдруг спросил Лео, и я почувствовала, что моя ладошка в его ладони чуть вспотела. Я выдернула ее и незаметно отерла о подол платья.
— Нет. Но тебя, похоже, интересует что-то конкретное…
— Да. Меня интересует твое отношение к Оскару.
— Ох! Я думала, что мы все уже решили и оба поняли, что наше с ним дальнейшее сотрудничество невозможно.
Он просто выкрал меня из одной тюрьмы, чтобы посадить в другую…
— Нет, я не об этом. Твое сердце все еще занято им? – Лео сделал огромное усилие, чтобы спросить это. И я вдруг заметила, что он моргает сейчас, как в тот раз, когда я вошла во время их разговора с Уореном. Тогда-то он, вероятно, и узнал эти новости от Уорена. Сейчас он беспокоился уже не о дороге.
— Моесердце не занято Оскаром.
