Я вообще всё привыкла есть ложкой, ведь это намного удобнее.
Лэйтона нет, кому я должна пускать пыль в глаза хорошими манерами? Все свои, чего уж?
Громко зеваю и потягиваюсь: ночка выдалась тяжёлой, зато я всё успела закончить, и очень собой довольна: моя золотая прелесть теперь как новенькая!
Не рассчитав силы, слишком громко опускаю вилку на тарелку, затем отламываю большущий кусок запеканки и отправляю его прямо в рот.
Горячо! На глазах выступают слёзы. Кусок запеканки встаёт поперёк горла и обжигает его. Отчаянно машу перед ртом руками, жадно пью воду из стакана.
Я бы сказала, хлебаю, желая как можно скорее потушить пожар во рту.
Ужас, как неловко! Хорошо, что Лэйтона нет, и он меня не видит сейчас, не то был бы в ужасе от моих манер. Так и слышу его голос:
– Я смотрю, манерам и этикету тебя совсем не учили? Я, конечно, понимаю, что девушку вывезти из деревни можно, а деревню из девушки нет, но не до такой же степени?
Снова давлюсь и снова пью воду. Мне что, уже мерещится? Поднимаю вверх слезящиеся от кашля глаза.
Нет, не мерещится. Он, и вправду, здесь. Нависает надо мной, скрестив руки на груди и склонив голову набок.
В тёмных брюках, белоснежной рубашке, шёлковом жилете и идеально повязанном шейном платке. Гладкие волосы уложены назад, льдистые глаза смотрят надменно и холодно. При виде ложки у меня в руках уголки его губ брезгливо опускаются вниз.
Слуг уже и след простыл, я даже не заметила, когда все успели выйти.
Не могу ничего ему ответить, потому что пытаюсь прочистить горло от куска запеканки, неудачно в нём вставшего.
Снова пью воду.
– Что ж, раз ты ведёшь себя хуже дикарки из хижины, придётся преподать тебе урок.
С этими словами он отодвигает стул рядом со мной и садится, глядя на меня с досадой и злостью. Я, наконец-то, проглатываю вставший поперёк горла кусок, и растерянно смотрю на него: Что ещё за урок он собрался мне преподать?
Лэйтон молчит, нетерпеливо постукивая по столу изящными пальцами с нанизанными на них магическими перстнями из ларита. Сверлит меня пристальным взглядом льдисто-синих глаз.
Разумеется, мне кусок в горло не лезет под подобным надзором.
Опасаясь что-то сделать не так, осторожно кладу свою чистую ложку на скатерть рядом с тарелкой. Этот мой жест не остаётся без внимания супруга, который реагирует на него тяжким вздохом.
– И как мы упустили этот досадный пробел в твоём образовании? – тихо произносит он, скорее себе самому. – Удачно же я сегодня зашёл на завтрак.
Происходящее начинает мне надоедать.
