Не вижу ничего зазорного в том, чтобы приветствовать людей, живущих с тобой в одном доме, хотя его хозяин явно не разделил бы моего мнения, но его же здесь нет!
А вообще, я считаю, это грустно – что в этом доме никто и слова лишнего друг другу не скажет. Все такие хмурые и зажатые, не то, что у нас на юге!
Оборачиваюсь, улыбаясь во весь рот
– Гант, скажите-ка мне, мой друг, правда ли, что у нас намеча…
Осекаюсь и замираю на месте, натолкнувшись на строгий взгляд льдисто-синих глаз, устремлённых на меня поверх раскрытой газеты.
Я не ожидала застать его здесь, он же вчера уехал, а сейчас ещё раннее утро!
Как… как это возможно, что он тут? Это какая-то ошибка?
Но ошибки нет. Лорд Стилл здесь, собственной персоной. Уверенным движением сворачивает хрустящий пергамент свежей газеты и откладывает его в сторону.
Теперь всё его внимание приковано ко мне, и от этого становится неуютно. Хочется спрятаться.
Хмурится, скользя по мне глазами сверху вниз и обратно. Наклоняет голову, сверля меня взглядом, затем произносит:
– Оставьте нас.
До меня не сразу доходит, что приказ адресован прислуге, а не мне.
С тоской слежу, как за дворецким закрывается дверь. Нервно сцепляю пальцы перед собой и настороженно поднимаю глаза на Лэйтона. Что он задумал? Зачем всех прогнал?
– Подойди, – раздаётся холодный приказ.
Сцепливаю руки за спиной и медленно приближаюсь под его пристальным взглядом. Отмечаю непривычно повязанный шейный платок – дело рук явно не камердинера. Эд повязывает платок иначе.
В остальном в облике супруга ничто не выдаёт того, что он ночевал не дома.
Идеально сидящий чёрный камзол без единой пылинки и складки. Шёлковый серебристо-серый жилет. Гладкие пепельные волосы, уложенные назад.
– Рисунок, – сухо приказывает Лэйтон, едва заметно кивая в сторону моих рук, спрятанных за спину.
Ах, ну да, конечно. Рисунок. Разве может его волновать что-то ещё?
Останавливаюсь на расстоянии полуметра от него.
Достаю руки из-за спины. Приподнимаю рукав платья.
Мешкаю, не зная, что делать дальше.
Лэйтон недовольно поджимает губы и притягивает меня к себе, вынуждая приблизиться почти вплотную. Сам при этом остаётся на месте.
Вздрагиваю, когда его горячая ладонь смыкается на моём предплечье. Он слегка подаётся вперёд, всматриваясь в мой рисунок над сгибом локтя.
Вздыхаю глубоко, выравнивая сбившееся дыхание, и тоже опускаю глаза. Золотистый узор проступает, но очень медленно. Такими темпами процесс может затянуться на несколько недель, а то и месяцев.
