Смешливая разговорчивая послушница, которая объясняла мне распорядок дня и выдавала белую, как у всех остальных, мантию, рассказала, что столп драконьего пламени выходит из-под земли каждое утро на рассвете.
Где? Так во внутреннем дворике. Сейчас, когда начальство уехало, он закрыт. Ну, как закрыт – огорожен.
Что, и столп пламени не выйдет? Выйдет, конечно. Драконье пламя выходит всегда…
Несколько мучительных дней ожидания – зачем они мне?
Что нового мне смогут рассказать целитель и Старейшины? Что такого уж важного они могут знать обо мне, чего не знаю я сама? Ничего.
Это пустая трата времени.
Не нужны мне ничьи заключения. Я всё знаю и так. И знаю, как лучше для меня.
Верхний краешек солнца исчезает за холмами, окрашивая небо в багровый цвет. Разворачиваюсь и иду к узкой твёрдой кровати у стены. Ложусь на неё бочком, согнув ноги в коленях и поджав их к груди, кладу ладони под щёку.
Забавная штука жизнь. Я начинала в крохотной каморке, в ней и заканчиваю. Богатые платья, приёмы, огромные мягкие кровати, жаркие ночи с самым лучшим мужчиной – всё это сейчас кажется всего лишь красочным сном.
Лэйтон…
Как же я тоскую по нему. По льдистым голубым глазам, смотрящим спокойно и строго в самую душу. По аромату морозной свежести. По его касаниям, уверенным и властным. По его умелым губам, накрывающим мои, не спрашивая.
Я страдаю вдали от него, мне физически больно и плохо, но ещё хуже другое. Ядовитая ревность, что грызёт изнутри, отравляя тело и душу. Осознание, что всё то, что чувствую к нему я, он испытывает к другой.
Если драконье пламя исцелит меня, я просто уеду. А если нет…
Лэйтон сможет снова быть с той, которую до сих пор любит. Потому что верис никогда не врёт. И Лэйтон был честен, когда кричал на меня, услышав болезненную правду про Ангелину. Мы не ведём себя так, когда человек безразличен.
Ангелина полюбит его, у неё просто не останется выбора. Потому что такого, как Лэйтон невозможно не любить. Ещё и сейчас, когда её мужа больше нет, и никто не стоит между ними.
И я не встану.
Единственное, что греет меня – осознание, что, чтобы ни случилось со мной, Лэйтон обретёт своё счастье. Заслуженное и долгожданное. Пусть и с другой.
Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.
Утро встречает сильным приступом тошноты. Сгибаюсь над рукомойником. Мне тяжело даже просто стоять. Сползаю вниз по стене, вытираю мокрый лоб. За грудиной жжёт. Невыносимо. Терпеть всё это – невыносимо.
