Я стою в коридоре с приклеенной улыбкой на лице и наблюдаю за каждым его шагом. — Здравствуй, дорогая! Давно не виделись!
Я тихо радуюсь, что в доме мы не одни — где-то неподалеку убирается Галина, а на кухне готовят повара. Это немного успокаивает, поэтому я беру себя в руки.
— Здравствуй, — отзываюсь, едва заметно морщась, когда отец обнимает меня, обдав запахом своего резкого парфюма.
— Поговорим, красавица моя? — ласково спрашивает он, отстраняясь и кивая на лестницу."
"Его голос звучит так правдоподобно и искренне, что с легкостью можно поверить, будто отец действительно меня любит.
Но я знаю его достаточно долго, чтобы понимать, что это ловушка.
Иногда, правда, очень хочется представить, что он нормальный отец, а не тиран, который использует меня в своих целях.
— Поговорим, — наконец, отвечаю я.
— Отлично, идем, — он пропускает меня вперед, и я напряженно шагаю по лестнице.
Сердце быстро и взволнованно бьется в груди. Ведь мы идем в мою комнату. Снова. По коже бегут неприятные, холодные мурашки.
— Ты слишком наряжена, Вероника, — цокает языком отец, как только мы оказываемся на втором этаже. Коротко мне улыбнувшись, он продолжает: — не переживай, дочка. Сегодня я тебя не трону. Ты теперь в собственности мужа и живешь в его доме, а значит, я отхожу в сторону, пока тобой занимается Вадим.
Я молча проглатываю его слова про собственность и захожу в комнату. Остается лишь радоваться, что мой муж меня любит. И не считает, что может делать со мной все, что захочет. Для него я, прежде всего, человек.
Оказавшись у меня в спальне, отец окидывает довольным, но внимательным взглядом заправленную, нетронутую кровать и опустевший столик, на котором раньше лежали мои принадлежности.
Задумчиво потирая подбородок большим и указательным пальцем, он хмыкает и смотрит на меня:
— Знаешь, Вероника, если бы ты догадалась убрать свои вещи в спальню Вадима, когда я приезжал в прошлый раз, — начинает отец, — я бы все равно тебе не поверил. Но сейчас… сейчас я тебе верю. Я вижу, что ты влюблена в своего мужа.
А он влюблен в тебя.
Перебирая собственные пальцы за спиной, я киваю. Не знаю, как лучше ответить отцу. Я была не готова к тому, что он приедет и совсем не успела придумать, как себя с ним вести. Что говорить, а что нет.
— Это замечательно, — сообщает, тем временем, отец, — ты — умница. Моя прекрасная дочь. Сделала, как я и сказал — соблазнила Раевского. Это ведь было не сложно, правда?
Он мягко улыбается, пристально заглядывая мне в глаза.
