Я, конечно, не ожидала от него поддержки. Но хоть какое-то сочувствие мог бы проявить. Вот, чурбан циничный!
— Хватит на меня смотреть, девочка, — не отрываясь от телефона, предупреждает Вадим. — Иначе я могу подумать, что ты хочешь настоящий брак, а не фиктивный.
— Что? — спохватываюсь я.
Муж поднимает на меня свой взгляд и ухмыляется:
— Я тебе нравлюсь, Ника?
— Нет! — округлив глаза, отвечаю я. И сразу же отворачиваюсь.
По кухне проносится вспышка хриплого смеха."
"Дурак! Идиот! Да разве так можно? Он меня с ума сводит!
Нарезая овощи для салата, я не могу ни на чем сосредоточиться.
У меня внутри буря эмоций. Никак не успокоюсь. Моя реакция на Вадима более, чем странная, и мне она совсем не нравится. Я ведь думала, что он будет заниматься своими делами, что не станет обращать на меня внимания. Но сейчас он сидит вместе со мной на кухне… и ждёт ужин. В двенадцать часов ночи!
Я достаю из духовки противень с румяным картофелем и мясом, ставлю его на плиту и пытаюсь вспомнить, в каком из шкафчиков находятся тарелки.
— Тарелки слева, — будто читая мои мысли, подсказывает Вадим.
Я достаю посуду, выкладываю картофель и мясо из противня и расставляю все на столе.
Орудуя ножом и вилкой, Раевский разрезает мясо на ровные кусочки, затем пробует. И, задумчиво, жуя, кивает.
— Вкусно, — стреляет на меня довольным взглядом, — Но в холодильнике всегда есть готовая еда. Тебе не обязательно готовить самой.
— Хорошо, — негромко отвечаю я, приступая к ужину.
Честно говоря, прямо сейчас я бы могла накинуться на еду, как голодный зверь.
Но пока рядом Вадим, я даже дышать нормально не могу. Поэтому стараюсь есть прилично.
— Что еще умеешь готовить? — интересуется он, промокнув уголки губ салфеткой.
— В основном, обычную еду, — пожимаю плечами я. — Но когда к нам приезжали гости, мы готовили что-то более интересное.
Друзья и партнеры отца никогда не догадывались, что блюда на столе приготовили его дочери, а не персонал. Но мы и не ждали похвалы. Просто делали то, к чему привыкли.
— Мда уж, ну и странная у тебя семейка, — вздыхает Раевский. — Бабок немерено, а дочери вместо прислуги батрачат.
Я догадываюсь, почему так сложилось, но не озвучиваю вслух. За закрытыми дверьми моего родного дома всегда было много секретов.
После ужина я убираю пустые тарелки, но Вадим выхватывает их у меня из рук.
— Успокойся, — велит, глядя прямо в глаза. — У меня для этого есть специальные люди, которые получают нехилые бабки за выполнение своих обязанностей.
