При этом Лапушка успела пересадить своего малыша на корень.
— Да, — счастливо улыбнувшись, я пригладила листок библиса. — Теперь у меня точно будет приют.
— У нас, милая, — склонившись, муж поцеловал меня в висок. — Как назовём эту колючку? Как насчёт: ""Острый шип, большое брюхо""
— Ну нет, — запротестовала я. — Что-нибудь мягкое. Ёжик, например.
— Ну, вполне себе Ёжик, — поддержал мой вариант дед. — Мне нравится.
Остаток вечера мы готовили ужин и придумывали смешные имена.
Наши взрослые девочки метались по кухне, собирая детвору в горшки.
А ещё я подметила у обеих красавиц небольшие набухшие почки на корнях. Видимо, не зря кто-то отъедался. Жирянок и мухоловок скоро прибавится.
— Это научит их ответственности, — шепнул муж, наблюдая, как Жиря с Лапушкой утаскивают детсад в свою комнату. — Ты счастлива, Дали?
— Да, Калеб, я безумно счастлива. Теперь у меня есть всё, о чём я мечтала, и даже больше...
— Кое-чего не хватает, — его губы скользнули по моему виску.
— Чего? — я подняла на него взгляд.
— Я очень хочу ребёнка, милая. Нашего с тобой малыша.
— Калеб, я...
— Маленького, пухленького, тянущего к тебе ручки... Говорящего, мама я пи-пи... Прикусив нижнюю губу, я засмеялась и кивнула.
Да, малыш — это то, чего не хватает для полного счастья.
Эпилог
Три года спустя.
— Лапушка! — выглянув в окно, я не могла понять, куда все делись.
Вроде вот во дворе толпились и как в воду канули.
Причём все разом!
— Дед? Калеб?
И тишина.
Может, к соседям ушли?
Отнеся грязные простыни к стиральной машине, прошла через кухню во двор.
И действительно пусто.
— Калеб? Жиря? Лапушка? Да куда вы подевались?
Но на мой крик никто не явился.
— Люси, где все?
— Велено молчать, — заговорщически шепнул неживой голос.
— Что? Что значит молчать? Макса кормить пора! Люси, где Калеб?!
— Велено не говорить, — упрямился ""умный дом""
— Да что за дела такие? — я начинала злиться. — Время ребёнка кормить, а они прядки со мной затеяли.
Ну что за ребячество! Бардак!
Год назад мы с Калебом стали родителями.
Наш Макс родился глубокой зимой, когда купол заметало снегом по самые верхние панели. О том, что по первому зову к нам приедет фельдшер и речи не шло. Дороги неделями расчищали. Мужу пришлось пройти краткий курс акушерства и принять роды.
И не зря. Схватки я ощутила, когда купол сотрясал буран.
Но муж, как всегда, оказался на высоте.
Я даже и не поняла толком, как стала мамой. Немного боли, море нежных слов и признаний в любви... Ещё немного боли...
