Стиснуть зубы и дышать. Это жизнь, она такая... То слёзы, то смех. Я в твоём возрасте была, замуж собиралась, ребёнка под сердцем носила. Столько счастья. Казалось, оно бесконечно. И вдруг в одночасье всё разбилось вдребезги. Мой жених выпившим сел за управление магнокара. Машину выкинуло с магистрали. Ни любимого мужчины, ни здоровья. И самое страшное — ни шанса хоть когда-нибудь стать матерью. У меня половина органов искусственная, девочка. И ничего. Я не сдаюсь. Уже двадцать лет пытаюсь втиснуться в программу по усыновлению.
Отказы за отказами. То маленькая жилплощадь, то отсутствие супруга, то мало денег на счету. А я упорная, и всё равно добьюсь своего. Будет и у меня счастье. И меня мамой назовут.
— Двадцать лет? — прошептала я
— Да, сначала не давали по состоянию здоровья. Но я упорно лечилась, и вот, казалось бы, всё. Но маленькая зарплата... И я пошла искать хорошее место работы. Упорно посещая курсы, осваивала новые профессии, карабкаясь вверх, и таки насобирала нужную сумму на счету.
Ещё один малыш, ожидающий свою маму. И снова анкеты, проверки у психологов, и деньги есть и заключения от врачей хорошие, но нет своей жилплощади. И снова борьба. Ты не смотри, девочка, что я такая спокойная. Я просто устала бояться да волноваться. Всё можно пережить. Преодолеть. Всё! Понимаешь?
— Вы будете чудесной мамой, миссис Ненси, теперь-то у вас есть всё.
— Да, осталось только отбить свою землю. Но для этого у меня есть муж. Он будет стрелять, а я перезаряжать бластеры.
Я вытерла слёзы и улыбнулась.
— Потерпеть два дня — это тебе не двадцать лет! — мне стало как-то стыдно за свою слабость.
Сижу тут, живая, здоровая, в собственном доме и на жизнь жалуюсь.
— Два дня, Даллия, и мы с тобой заживём счастливо. Каждая из нас получит свой кусочек от пирога под названием ""Счастье"". Ты начнёшь строить свою семью и быт. Я на тебе поучусь быть матерью.
— Это, пожалуйста, — засмеялась я.
— Ну вот и славно, а теперь пойдём пить чай, а то твой муж наверняка уже весь извёлся.
Сразу видно — влюблён мальчик.
— Это у нас взаимно, — тяжело поднявшись, я потянулась за чистой, а главное, сухой одеждой.
Чай, разумеется, хорошо, но сначала переодеться не мешало бы. И постель просушить.
Миссис Ненси вышла из спальни, но осталась в коридоре, дожидаясь меня.
Ужин прошёл в тишине. Разговоры не вязались. Что-то гнетущее витало по дому, дыша холодом нам в затылки.
Даже вкусные свежие лепёшки не подняли настроение.
