— Чтобы вы там не придумали, — громко пробасила, — но я с этого места не сойду, пока не узнаю всё!
— Дали, детка...
— Ты меня знаешь, Калеб, я тебе не фиалка. Нечего меня прятать под лавку. Быстро всё рассказал! Немедленно!
Наверное, в этот момент у меня пар из ушей повалил.
Мистера Петера это отчего-то насмешило. В уголках его глаз собрались морщинки смешинки, но хохот он сдерживал, прикусывая нижнюю губу.
— Даллия...
— Я жду, Калеб. и советую не бесить меня ещё больше.
На веранду выбрались Лапушка и Жиря.
Они заинтересовано покачивали листиками и явно не понимали, что происходит.
— Кричать не будешь, если расскажу? — муж сложил руки на груди.
— Да говори уже! Хватит нас за мебель в этом доме держать, — я втянула воздух через нос, кипя праведным гневом. — Мы имеем право всё знать.
— Калеб, не стоит, — попытался вмешаться мистер Петер.
— Это я спасала ваш дом от пожара, и не смейте скидывать меня со счетов, — подскочив, я ткнула в них пальцем, не справляясь с бурлящими эмоциями.
— Ну хорошо, Дали, — сосед отошёл от моего мужа и направился к жене.
— Говори, Калеб, — рявкнула я. — Сама же всё узнаю, и тогда хуже будет.
Что же... План не то, чтобы мне понравился...
Он воззвал к моей кровожадности. Не одобрила... Нет, опять себя обманываю: несмотря на всё нежелание вступать в открытый конфликт, именно эта задумка мужчин бальзамом легла мне на сердце.
Какими могли быть последствия нашей вылазки...? Да, никакими! Всё равно на нас уже охота, хуже точно не будет, а вот время, пока Торшоп отходит от шока, выиграть могли.
Обдумав всё услышанное и прейдя к своим выводам, я отправилась готовиться к ""прогулке"". Оделась без лишней суеты. Обтягивающая чёрная кофточка, демонстрирующая моё женское богатство спереди, и узкие брюки, подчёркивающие всё остальное. Ботинки на ноги. Рыжие волосы в хвост, и немного косметики, чтобы скрыть бледность. Очень хотелось на скулах нарисовать зелёные полосы и, вообще, нанести полный боевой раскрас, но увы...
Красить оказалось нечем.
Вот так, я абсолютно не готова к диверсиям на территории врага.
Засмеявшись, всё же подрумянила щёки.
— Ненси, ты должна поехать с нами, — послышалось под окном.
— Я не могу, Петер, не проси, — отнекивалась женщина. — Я трусиха, ты ведь знаешь. Нет во мне этой авантюрности. Ну прости, я понимала за кого выхожу замуж, и ты сделал мою жизнь такой яркой. Но это уже слишком для меня. Я лучше останусь дома с зелёными девочками. Мы приготовим ужин, постираем...
