Шаг навстречу.
Аслан.
— Попалась, — хриплю севшим от волнения голосом. — Ну вот и что ты без меня делать будешь? — прижимаю любимую к себе как можно крепче. — Сейчас бы нос разбила, — целую ее в волосы кайфуя от запаха любимой женщины.
У меня ощущение, что я не прикасался к ней целую вечность. Аня замерла, тяжело дышит, ее грудь касается моего обнаженного торса, а я закрываю спиной две лампочки, лежащие на подоконнике, которые скрутил по дороге сюда, чтобы она сразу меня не увидела и не сбежала.
У меня было два варианта: или Аня поедет к Тосе, или к родителям.
Больше просто некуда. Проблема — это разные направления, а я должен был приехать первым. Наплевав на то, что на мне из одежды только штаны, я кинул смс Илье, чтобы сообщил, как определятся с маршрутом и как только получил ответ, рванул вперед через дворы, в некоторых местах нарушая правила, едва не угодил в ДТП, но успел.
Мне повезло, что они чуть задержались в дороге. Вышло даже отдышаться после пробежки по ступенькам.
— Ты босиком, — потеряно выдыхает моя девочка не пытаясь вырваться.
— Это не важно, — чувствую, как меня начинает потряхивать. — Не убегай только больше, — прошу ее, клацнув зубами.
Анюта задрала свою темную макушку, попыталась разглядеть мое лицо, но здесь слишком темно, так что, бросив эту дурацкую затею, мягко отстранилась, взяла за руку и молча потянула за собой к родительской квартире. Я, как послушный щенок, побрел за ней.
Дверь открыл Владимир. Из прихожей по глазам больно ударил яркий свет, я зажмурился и крепче сжал Анину ладошку.
— Ты стал бомжевать? — усмехнулся тесть, получив настоящее наслаждение от моего внешнего вида.
— Папа, не надо, — попросила любимая. — Ему бы горячую ванну. Можно?
— Не-ка-до, Ань. Это нер-вы, — заикаюсь в попытке ее остановить, а лучше забрать домой, но она, все так же держа меня за руку, повела в ванную."
"— Спасибо, — крикнула оттуда удивленному родителю и прямо перед носом матери, выскочившей из кухни, закрыла дверь.
Малышка сама набрала мне ванну, спустила с верхней полки отцовский шампунь и гель для душа.
— Я буду за дверью, — Анюта собралась вновь от меня уйти. Поймал, прижал спиной к груди.
— Не-ух-ходи, — раздуваю рваным дыханием волосы у нее на макушке.
— Я там подожду, — повторяет любимая. — Не уйду. Вдруг тебе станет хуже, — разворачивается, задирает голову, и я ловлю искреннее волнение в ее красивых карих глазах. — Не хочу видеть тебя голым.
— Я могу принять ванну в трусах, в штанах, если хочешь.
