Стоило заикнуться, что я по совету Стрельцова, мужчина отложил дела и приехал ко мне. Уже через час мы встретились с ним в кафе. А еще через пару часов я вошла в маленькую, но очень уютную, полностью готовую для проживания квартирку на самом краю города. Отсюда далеко добираться на учебу или работу, но это сейчас последнее, о чем я волнуюсь.
Я улыбнулась цветастому ковру на стене в гостиной, огромной стенке с хрусталем и искусственным цветам, свисающим зеленой пыльной лианой с плетеного горшка на стене.
— Здесь давно никто не жил, — пояснил мужчина.
— Далеко очень. Если не нравится, я подберу другой вариант.
— Нет! — я даже подпрыгнула на месте. — Мне нравится. Правда, — сказала уже спокойнее.
— Хорошо, — он пожал плечами. Тогда давайте подпишем договор и устраивайтесь, — улыбнулся.
Оплатив первый месяц аренды со своей зарплатной карты, где я копила деньги все последнее время, проводила мужчину и взялась за уборку. До поздней ночи наводила порядок запретив себе думать. Вообще! Гоняла песни на музыкальном канале старого телевизора, подпевала и через силу улыбалась, пытаясь заделать дыру у себя внутри.
После горячей ванны рухнула на кровать, стала вместе с настенными часами отсчитывать секунды. Так странно быть одной там, где нет его следов, его запаха. В нашем загородном доме незримое присутствие мужа все равно было, а здесь его нет. Соседняя подушка не пахнет любимым одеколоном, который так въелся в постельное белье, что даже стирка не всегда помогает. Нет его рубашки, небрежно брошенной на стул после рабочего дня.
Нет его темных глаз, смотрящих на меня с голодным желанием и трепетом. Аслан заполнил мою жизнь собой до упора. Я с трудом удержалась от того, чтобы включить телефон. Знаю, что он звонит. Знаю, что он найдет. Не знаю, как мне все это пережить…
Я легла на живот, уткнулась лицом в подушку и завыла раненой волчицей ненавидя себя за слабость.
Глава 49. Разоблачение
Аслан.
Проснулся в своем полуразрушенном кабинете со страшной головной болью. Руки сбиты до кровавых подтеков, ноутбук разбит, мебель перевернута, на полу огромной лужей растекся дорогущий виски, к которому я так и не притронулся.
Все, что я смог сделать для любимой женщины в этой ситуации — отпустить. Стрельцов отвез ее в аэропорт, помог быстро найти жилье, пока меня ломало здесь почти до утра.
Юрий был близок еще с моим отцом и после Ратмира единственный человек, к которому я готов прислушаться. Он вошел в кабинет, осмотрел его тяжелым взглядом, поднял стол и присел на край.
