Ну прости детка, твой муж иногда настоящий мудак!
— Откуда у тебя это? — тон Жени перестал быть таким язвительным.
— Подарок от брата, — рычу с трудом сдерживая накопившуюся злость. Она уже покалывает на кончиках пальцев грозясь выплеснуться наружу. — Это, — вновь встряхнул девушку так, что ее голова дернулась. — правда?!
— Ты совсем дурак? Пусти меня! — вновь дернулась в моих руках помощница. — Я похожа на самоубийцу? — орет Женька. — Рожать от тебя? — краем глаза вижу, как моя девочка стирает ладошкой слезы с щеки, а те все катятся, Аня снова их вытирает.
— Жена вон пусть тебе наследников рожает! Потрахались и хватит. Пусти, я сказала! — разжал руку. — Карим — обиженная жизнью мразь! — Савельева толкнула меня в грудь ладонями. — Ты ему поверил?
— Я поверю осмотрю врача в моем присутствии и обследованию УЗИ, проведенному так же в моем присутствии.
— Да пошел ты, Амиров! — Савельева попыталась зарядить мне пощечину, но я перехватил запястье и больно сжал. Девушка вскрикнула, зато малость угомонилась.
— Ты меня бросил, помнишь? — Женя посмотрела на Аню. — Ради вот этой своей мыши! Так будь добр, не впутывай меня в ваши семейные разборки.
— Начальника службы безопасности мне позови, — попросил секретаря по селектору.
— Ас, ну хватит, — Женька включила режим «кошки». — Мы же предохранялись, и я таблетки пила, — промурлыкала она, наслаждаясь слезами моей жены.
Аня поднялась, тихо пошла к двери, не глядя на меня.
— Малыш, стой, — оттолкнул Женю, но за долю секунды открылась дверь, в нее вошел вызванный безопасник, а моя жена шмыгнула ему за спину.
— Следи! — рявкнул на Стрельцова выскакивая в след за Анютой. Поймал любимую у лифта. Она дернулась, я отпустил, сделал шаг назад, понимая, что давить нельзя. — Ань, не уходи, — прошу ее.
— Мне надо, — отвечает потеряно.
— Ань, — закрываю глаза на секунду понимая, что ей чертовски больно было все это слышать, но ехать и говорить с Савельевой без жены было бы еще большим идиотизмом. Мне надо, чтобы она увидела, что я не лгу. Словам Анюта просто не поверит.
— Маленькая моя, мы ведь знали, что будет непросто. Правда?
— Да, — даже кивает.
— Не уходи, — крутит пальчиком свое новое обручальное кольцо, а я молюсь, чтобы не сняла. Понимаю, что это станет началом конца. — Давай я отвезу тебя в номер, а в клинику с ней съезжу сам. Хочешь так? — подбираю слова, словно иду по минному полю не зная, где оступлюсь. Любимая девочка замолчала. — Аня, — завожусь от отчаяния, разлившегося внутри обжигающей лавой.
