Сейчас я очень завидую его жене, ведь она долгое время официально могла наблюдать за этим представлением.
А наблюдать есть за чем. Руки, пресс, грудь…покрытая темными волосками — это все настолько выразительное, что к такой силе перманентно хочется касаться.
Стянув с себя белую футболку, спецназ натягивает ее на меня, полностью прикрывая голое тело. Ощутить его влажную одежду на себе — так же приятно, как быть обласканной руками с шероховатыми пальцами.
А моя рука так и чешется…хочу коснуться. И касаюсь, несмело проведя пальцами по кубикам пресса, спускаясь вниз к подрагивающему и все еще эрегированному члену.
Накрываю и его ладошкой, считывая реакцию. Он дышит чаще, придвигается ближе. Теперь наши губы в сантиметре друг от друга.
Головка крупная и все еще влажная.
—Мы продолжим только после того, как я узнаю всю правду, — шепчет он мне в губы, едва касаясь, а затем подхватывает за бедра и сажает на пассажирское сидение. —И когда ты перестанешь быть невестой моего лучшего друга.
Леша и сам одевается, запуская одновременно двигатель. Машина плавно едет дальше по уже знакомому мне маршруту. Я грызу губы, представляя наш дальнейший разговор.
А он будет.
И будет явно сложным.
Тянусь к груди и сжимаю подарок отца в надежде, что он придаст мне сил. Цепочка с крестиком холодит кожу
—Пицца или суши?
—Пицца, а лучше мясо, да побольше…— шепчу в ответ своему спецназу. Тот переводит на меня игривый взгляд.
—Ты точно молодая девушка?
—Паспорт показать? Хотя ты должен был спросить об этом раньше, спецназ.
До того, как мы и «того» и «этого».
ГЛАВА 20
АРХАНГЕЛЬСКИЙ
Я понимаю, что совершаю ошибку. Вообще дох*ра чего понимаю, пока везу ее в свой загородный дом. Отлегло, когда услышал ответ девчонки. Почему-то до последнего не хотелось верить, что она могла бы пьяной ездить за рулем. Ну не такая, бл*ть, она! Не такая, хоть натяни мне глаза на сраку.
И предпочтения совсем не как у девушки, а как у мужика, честное слово. Мяса и побольше, говоришь? Это я тебе организую.
Едем молча, и только в голове прокручивается, что так или иначе сегодня я узнаю то, что мне определенно не понравится. И чем больше я развиваю эту тему, тем херовее мне становится при мысли, что теперь я точно потеряю друга, потому что влип с девчонкой по самое не балуй. Руки сжимают руль сильнее, я так пытаюсь сублимировать, что ли?
Это сложно, ведь она голая на соседнем сидении и уже повесила нос, сжав себя двумя руками.
