– Да, конечно, я провожу. – Девушка широко улыбается и уходит, пошло виляя бедрами.
Ничего не остается, как двинуться следом. Проходим в конец зала, там проход в другое помещение, закрытый занавеской из стеклянных палочек. При каждом движении они бьются друг о друга и издают характерный звук.
– Вам сюда, проходите, пожалуйста. – Девушка просовывает руку, отодвигая занавеску, и пропуская меня внутрь.
– Спасибо.
Захожу и едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Просторная комната в красно-черных тонах. Около окна огромная круглая кровать с балдахином, видимо, для любовных утех.
Рядом шест, на котором крутится полуголая фигуристая девушка. Напротив широкий стол, заваленный разносолами. За ним сидит мужик, больше похожий на борова, и жадно запихивает еду в рот руками. Меня едва не выворачивает от этой картины. Собирался встретиться с деловым человеком, а вижу клоуна. Такой тип прямиком из девяностых. В разноцветной рубашке и с толстой барсеткой подмышкой. Куда я попал, непонятно… может, свалить по тихой и решить вопрос по-другому?"
"К сожалению, боров замечает меня и подскакивает на ноги, вытирает ладони об себя и протягивает одну мне.
Жуть какая, неприятно передергиваю плечами, игнорирую его жест и прохожу за стол.
– Денис, как я полагаю? – сухо бросаю и присаживаюсь напротив. Отчество забываю специально. Слишком много чести.
– Да, а вы Павел… – Он заикается, пытаясь вспомнить мое.
– Павел Сергеевич, – представляюсь и протягиваю ему визитку, чтобы избежать дальнейших расспросов и указать свой статус.
– Да-да, точно, – хмыкает он и кидает визитку на стол. – Выпьешь со мной, Сергеич?
Быдло оно и в Африке быдло. Внутренне скриплю зубами от злости, внешне же остаюсь невозмутимым.
– Спасибо, я за рулем, – откидываюсь на спинку и складываю руки на груди, четко выстраивая иерархию между нами. Это ничтожество должно сразу понять, кто где находится в пищевой цепи.
– Девка хороша, да? – Денис кивает на девушку, что старательно танцует у шеста. – Хочешь, тебе отдам?
– Не нужно, – равнодушно качаю головой.
– Я здесь не за этим.
– Ты не по девкам, что ли? – округляются его глаза, а физиономия как-то странно вытягивается. Видимо, в его понимании нежелание сношать все, что движется, считается склонностью к гомосексуализму.
– Я по другому поводу, – уклончиво отвечаю, не желая доказывать, что не верблюд. В конце концов, мне абсолютно все равно, что он обо мне будет думать. Может даже избить меня, но мысленно.
– Ну излагай.
