– Он ухаживал за мной, – выдыхает она и отворачивается к боковому окну. – Хотел встречаться, я отказала…
Может быть правдой. Да и парень этот совсем юнец.
– Почему?
– Я не любила его. – Лида равнодушно пожимает плечами. – Я никогда никого не любила…
В груди становится необычайно тесно от ее слов. Никогда и никого. Звучит так многообещающе, что становится тяжело дышать. Отчаянно хочу стать первым, точнее, единственным для нее.
– Он хороший, просто жизнь не задалась… Несчастный он и недолюбленный. Жалко его…
– Какая же ты сердобольная, – качаю головой и невольно улыбаюсь.
Ладно, пусть живет этот недолюбленный, главное, подальше от Лиды. Увижу еще раз рядом, разговор будет совсем другим.
– Какая есть, – робко улыбается она в ответ.
Беру ее руку в свою и мягко касаюсь губами пальцев. Кольца не хватает. Надо бы исправить, пока не исправил кто-то за меня.
Глава 29. Лидия"
"Чищу картофель, чтобы приготовить ужин, и думаю о своем. Павел на улице, топит баню. Фоном стучит топор, так монотонно и успокаивающе, что невольно улыбаюсь.
Хорошо и спокойно, даже немножечко страшно от того, что все слишком зыбко.
Встреча с Лешей меня сильно взбудоражила. Точнее, вернула с небес на землю, а то я слишком замечталась. Рядом с Павлом расслабилась и совершенно забыла, кем являюсь на самом деле. Почему-то хотелось верить в то, что происходящее между нами по-настоящему, а как на самом деле, я не понимаю… Запуталась. И он молчит, не дает никаких пояснений. Может, и нет ничего, кроме моих фантазий?
За спиной громко хлопает дверь.
Вздрагиваю и оборачиваюсь. Павел, обнаженный по пояс, заходит на кухню и идет ко мне. Точнее, к графину с водой, но я волнуюсь не меньше. Застываю, как завороженная, и беззастенчиво разглядываю его.
Паша наливает в стакан воды, залпом осушает и разворачивается ко мне, непроизвольно играя мускулами. На его губах блуждает лукавая улыбка, а в глазах пляшут чертики. Он так похож на озорного мальчишку, что я невольно улыбаюсь.
Мое сердце не справляется с таким напором и ухает вниз, а затем подпрыгивает и начинает истерично колотиться где-то в горле.
Нервно сглатываю и скольжу взглядом по влажной загорелой коже, по твердым мышцам и четко прорисованным кубикам пресса, по мерно вздымающейся груди.
Жаркая волна проходит по телу и концентрируется внизу живота, а щеки предательски вспыхивают от смущения. Рефлекторно отворачиваюсь и пытаюсь сосредоточиться на своем занятии, но ничего не получается. Руки дрожат, а голова кружится.
