Давление в груди впечатывает легкие в ребра. Сглатываю.
- Что, даже не накажешь меня?
- Это и будет твое наказание.
Глава 34
Ян.
Если бы не ребра, повернулась бы ко мне спиной. На это и был расчет, когда решал, какую половину кровати ей выделить.
Глядя в какую-то точку на потолке, она очень быстро засыпает. Меня тоже рубит, проваливаюсь в сон, но не дольше, чем на час. Мозг отключить не получается, мышцы расслабить тоже. Тело как натянутый канат.
Повернув голову к девчонке, смотрю на ее спокойное лицо.
Глазные яблоки под веками в покое, рот чуть приоткрыт.
На верхней губе залипаю.
Красивая очень.
Чем дольше смотрю, тем сильнее снова завожусь. Ярость и злость, рискуя разорвать на части, снова сочатся из каждой поры.
Хреново все. Пиздец, как хреново.
Плохо, что Галсан дерзить начал. Плохо. Плохо, что крысу в логове своем не распознали.
Плохо, что вчера, отключив разум, только на инстинктах действовал. Никогда прежде такого себе не позволял.
Никто слова не сказал, но я обнажился.
Факт остается фактом.
Здравствуй, фобия.
Хуево.
Закинув руку за голову, закрываю глаза.
Не вовремя я ее встретил. Будь отец жив, он бы не позволил.
Когда мне было восемь, какие-то гастролеры взяли нашу с Адамом мать в заложники. Через сутки отец заплатил выкуп и забрал ее. Что с ней происходило в эти сутки, мы не знаем. Отец не рассказывал, а мы с братом никогда не спрашивали. Но помню, что после этого в области прошла генеральная зачистка.
Через неделю он оформил развод и выслал мать из страны с билетом в один конец.
Первые два года запрещал нам с ней общаться, пока по городу не поползли слухи, что он, не пережив позора, избавился от нее.
Потом начались редкие созвоны. Мы узнали, что отец спрятал ее в Южной Америке и даже замуж там выдал. Вот так.
Отрубил ее от себя, сжег все мосты, но любил до последнего вздоха.
Не хочу с Леной так же.
В принципе не хочу испытывать ничего подобного. Это сильно осложняет жизнь. А она и так ебически сложная.
Вибрирующий на тумбе телефон выдергивает из мрачных мыслей, и я принимаю вызов от Галсана.
- Ян, дорогой... - бормочет заплетающимся языком. - Осознал. Был не прав. У Карлинки не убудет... Она баба. Отмоется и дальше пойдет. Сына мне живым верни!..
- Нахрена? Чтобы вы мне в спину ядом плевались? - говорю тихо. - Данияр у меня на службе останется. И тебе, и мне спокойнее будет.
- Хорошо!.. - хрюкает пьяно. - Ой, как хорошо, дорогой! Да-да, ты прав... пусть работает...
