Выхожу из кухни и вижу, как Михаил, шагая по коридору, несет черный пластиковый ящик.
- Принимай. - ставит его на пол и упирает руки в бока.
- Что это?..
- Мне дали список. Я заказал в городе.
Присаживаюсь на корточки и беру в руки упаковку хозяйственных перчаток. Затем замечаю в ящике два разных секатора, маленькие грабельки, лопатку, небольшой опрыскиватель и две бутылки с какими-то средствами от вредителей.
- Это что?.. Это для розы?
- Не имею представления, - пожимает плечами мужчина, - мне Дашка.
.. кхм... Дарья написала, я заказал.
- Спасибо!
Поднимаюсь на ноги и, подхватив ящик, тащу его к чулану.
- Дай мне! Я сам!..
- Спасибо... - посылаю в спину, - я вечером займусь кустом.
С той ночи, когда Лютый пришел в мою комнату прошло уже девять дней, а он ни разу больше здесь не появился. Ни его, ни его брата, ни их приближенных я больше не видела.
Слышала краем уха обрывки фраз о том, что они с Адамом уехали в Казахстан по делам, слышала, как шептались о каких-то поставках оружия.
Не поняла, чем именно они занимаются, но, кажется, бизнес не совсем законный.
Как бы то ни было, за эти девять дней я успела успокоиться. Почти перестала трястись от страха ночью и вздрагивать всякий раз, когда за дверью раздавались чьи-нибудь шаги.
Страх и ненависть к Лютому стали частью меня, и поэтому я ценила каждый день, что его не было. Выполняла мелкие поручения Дарьи и по вечерам ходила гулять на задний двор.
Трубы из-под розы убрали уже на следующий день после нашего разговора с Дарьей, а вот инструменты я попросила только вчера.
Довольно улыбнувшись, захожу в техпомещение за ведром и тряпкой и иду убирать расположенную тут же, на первом этаже, комнату отдыха.
В это время в ней обычно никого. После ужина мужчины обычно уходят в тир, на конюшню или поднимаются в свои комнаты.
Да и работа не сложная - смахнуть пыль с двух подоконников, плазмы, собрать с журнального столика крошки от сухариков и чипсов, пропылесосить и помыть полы.
Не теряя времени, помня, что на заднем дворе меня ждет мой розовый куст, принимаюсь за дело.
Протираю все поверхности, тщательно очищаю диван и кресла, а когда выключаю пылесос, слышу доносящийся с улицы шум.
Отставив его в сторону, подхожу к окну и вижу, что вся территория перед зданием заставлена черными машинами. Замираю, почти не дыша.
Мне не следует смотреть, но я не могу перестать делать это. Оправдание есть, да - чем больше я знаю, тем больше шансов выбраться отсюда.
