Прикрыв глаза, пытаюсь заглушить наши с Яном голоса в голове, но мозг воспроизводит их снова и снова.
Как я кричала и сыпала оскорблениями, как ни менее жестоко он мне ответил.
«Пользуйтесь, парни... До утра она ваша».
Внутрь горла снова прорастают шипы. Больно так же, как тогда.
Распахнув глаза, прибавляю громкость музыки в наушниках и принимаюсь рассматривать проплывающий мимо город.
Однако нервозность и предчувствие чего-то важного не отпускают. Меня то морозит, то бросает в жар. Глаза то и дело ищут кого-то в толпе прохожих.
- Спасибо. - закрываю дверь такси и иду к своему дому.
Нервозность и паника набирают обороты. Сигналит интуиция, в виски бьет кровь.
Отворяю калитку, делаю несколько шагов и вдруг улавливаю энергетику Лютого.
Останавливаюсь, и вытянув шею, смотрю по сторонам. Сердце колотится, оглушая пульсом. По спине морозец ползет. Внутри начинает ныть то, что давно атрофировалось.
Этого быть не может. Не верю.
Он здесь.
Замечаю мелькнувшую тень за оградой, разворачиваюсь и срываюсь с места.
Бегу, на ходу шаря рукой в рюкзаке в поиске ключей. Взлетаю на крыльцо, удивительно точно с первой попытки попадаю ключом в замочную скважину, тяну дверь на себя и слышу шаги по каменной дорожке.
Боже мой...
Тело становится непослушным и неповоротливым. Запинаясь в собственных ногах, вваливаюсь в кухню, выхватываю нож из выдвижного ящика и резко разворачиваюсь.
- Не подходи!
Лютый стоит на пороге. Весь в черном, на голове, скрывающая глаза бейсболка. Поза напряженная, губы плотно сжаты, под кожей перекатываются желваки.
Он здесь. Он здесь!!!..
Мои инстинкты вопят об опасности, горло раздирают сумасшедшие эмоции.
- Не подходи. - прижимаюсь поясницей к столешнице и, стиснув пальцы вокруг рукояти, направляю на него нож.
Ян делает шаг, я опускаю подбородок, смотрю на него исподлобья.
Второй - тяну воздух носом, вбирая в себя запах моего сумасшествия.
Третий - чувствую, как острие лезвия упирается в его тело. Безмолвно кричу от разрывающей грудь боли и ослепляющей паники.
- Здравствуй, Лена.
- Отойди... пожалуйста...
Смотрит сверху вниз. Во взгляде болезненное упрямство. Рукоятка ножа в моей руке трясется.
- Давай, Лена... - шепчет он. - Тебе даже ничего делать не придется.
Жмурюсь. Его короткий рывок, тупой край рукоятки вдавливается в мой живот, а лезвие протыкает плоть.
Меня как в ледяную прорубь окунает. Разжимаю пальцы, выпуская нож и смотрю вниз. По черной ткани футболки Яна растекается пятно.
- Боже...
