— То, что выходит.
Смеёмся вместе. Вот помогла, так помогла. Ну да, с опытом в любовных делах у меня совсем плохо.
— Подожди, Вик! — выбиваю, когда телефон коротко вибрирует у уха.
Сердце подпрыгивает раньше, чем читаю сообщение.
Артём Северов: Свалить можешь?
Сердце вскачь, когда отвечаю.
Настя Миронова: Родители внизу.
Артём Северов: Скучаю, блядь, как ненормальный. Таскает. Увидеть хочу.
Блин, Тёма, не добивай меня, и так из последних держусь.
— Насть, ты там куда пропала? — раздаётся в трубке.
Я уже напрочь забыла о том, что на связи с подругой.
— Вик, я сейчас собираюсь сделать, наверное, самую большую глупость в жизни. — едва шиплю, боясь, что кто-то услышит.
— Какую ещё глупость?
— Артём написал. Я из дома собираюсь сбежать. Предки внизу.
— И как?
— В окно!
— Совсем больная?!
— Абсолютно и безвозвратно! — опять смех. — До завтра, Вик.
— Расскажешь?
Ничего не успеваю ответить, потому что уже сбрасываю звонок и пишу Северову.
Настя Миронова: На машине не вариант, родители в гостиной.
Ответ прилетает мгновенно.
Артём Северов: Я возле твоего дома.
Не заботясь о том, что могу напороться на своих, выбегаю из комнаты прямо в футболке своего парня. Влетаю в дверь гостевой спальни, что напротив, и выглядываю в окно. Машины под окнами не наблюдаю, но в тени под листвой мелькает экран мобильного. Видимо, Север видит меня через стекло и маячит телефоном. Вглядываюсь в едва различимый в темноте силуэт. Сердце колотится как оголтелое. Дышу через раз, когда пишу.
Настя Миронова: В начале улицы есть заезд.
Можешь подъехать сзади дома?
Артём Северов: Считай, уже там.
Возвращаюсь и натягиваю первые попавшиеся штаны. Ими оказываются обтягивающие лосины, но мне не до того. Накидываю спортивную кофту и бросаю в карман мобильный и ключи. Хватаюсь за кроссовки, но потом связываю шнурки между собой и перекидываю через плечо. Для того, что я собираюсь сделать, обувь лишняя. Вылезаю в открытое окно и, прилипнув к стене, проползаю по тонкому парапету. Бросаю быстрый взгляд на грунтовую дорогу, по которой подъезжает Мерседес без света.
На какое-то мгновение замираю, но когда дверь распахивается и появляется Тёма, выдыхаю. Хватаюсь за ветку почти столетнего дуба и благодарю маму за то, что она его так любит.
На старом дереве нет ни одной сухой ветви, но страх нарваться на дряхлую опору всё равно не отпускает. Запоздало понимаю, что понятия не имею, как вернусь домой. Обратно через трёхметровое заграждение не перемахнёшь.
Ну и чёрт с ним.
